Вик Разрушитель 9 - Валерий Гуминский Страница 28

— «Экзо-Сталь», — догадался я. — Князь Артемий Степанович является фактическим Главой предприятия.

— Да. Завтра тверской князь приезжает в Москву как бы по своим делам, но на самом деле — на переговоры с Шульгиным. Моё мнение таково: испугались появления нового конкурента. Твоя выходка с пулемётами — это как намёк, чтобы не лезли в чужие дела?

— Вообще не так, — я откинулся на спинку кресла. — Мотив был другой.

— Другой, да не другой, — не согласился со мной дядька. — Я же говорю, ты всполошил рынок бронекостюмов. Если к этим гигантам подтянутся «Имперские Доспехи», нас попытаются сбить на самом взлёте. Самое хреновое, племяш, в том, что кто-то пронюхал о договоре с американкой. И тиснул охрененно большую статью в «Нью-Йорк Сан» про то, как неуступчивая Арабелла Стингрей вдруг продалась русским с потрохами и теперь пытается вывезти из страны оборудование и людей. Статью тут же перепечатали «Чикаго Трибьюн», «Джеральд», хренов таблоид «Нью-Йорк Трибьюн» и куча более мелких газетёнок и журналов. Не знаю, какова там сейчас ситуация, но папаша твой рвёт и мечет. Меллоны насели на него и требуют объяснений, каким образом Арабелла оказалась в России. Полагают, что мы вывезли её насильно…

— Ну, так и было, в ящик затолкали и тайком переправили через пролив, — я почесал переносицу. Н-да, точно забродило дерьмо. — А Дик уже улетел в Америку?

— Да, он уже в Фениксе с парой моих ребят. Даже не знаю, что ему теперь делать. Шумиха может очень навредить эвакуации оборудования. Американцы запросто создадут проблемы, подкрепляя их законами.

— Оборудование полностью принадлежит Арабелле, — возразил я. — Они не имеют права указывать ей, как распоряжаться личным имуществом.

— Ой, племяш, ты о чём? — фыркнул Сергей Яковлевич. — Задержат груз на таможне, найдя тысячу причин, чтобы не выпускать его за границу, а в это время примут закон о запрете вывоза высокотехнологичного оборудования. Так что у нас появились проблемы.

— Пока ничего ещё не появилось, — возразил я, хотя в душе неприятно заскребли кошки. — Надо дождаться звонка Дика или твоих парней.

— Будуждать, — кивнул князь. — Ничего иного не остаётся.

— А почему отец мне не позвонил? За двое суток, что я на «губе» просидел, в пропущенных нет его телефона.

— Устал, наверное, от твоих выходок, — усмехнулся Сергей Яковлевич. — Но с цесаревичем у него разговор был, это точно. Наследник, видимо, сам с ним связался, успокоил. Потому что Жора сказал мне действовать по собственному усмотрению. Некогда ему, от Меллонов отбивается. От матери привет, кстати.

— Спасибо, — кивнул я, размышляя о сложившейся ситуации. — А ты в курсе, что меня под домашний арест определили? На целый месяц. И мастерскую закрыли. И компенсацию потребовали.

— Жестковато, конечно, — задумчиво проговорил дядька. — Я про мастерскую. Ареста хватило бы за глаза. Но виру сам выплачивай, раз попался. А как же с учёбой?

— Буду ездить в лицей в сопровождении императорской кавалерии. Дядя Сергей, а что по строительству завода?

— Строится. Я туда езжу два раза в неделю, сам контролирую. И американку с собой беру. Ей-то виднее, как лучше всё обустроить.

— Тётя Галя приехала? — поинтересовался я, покосившись на осветившийся экран. Звонила Арина. Ну, вот всегда так. Мне надо с ней поговорить, а не могу.