На службе у смерти - Саша Арсланова Страница 29

— Ой, ладно, – решила Яся, – Не буду я тут рассиживаться, у меня все-таки рабочий день.

Она замялась, но потом тряхнула головой. И все же хорошо, что она Светке ничего не успела рассказать, зачем подруге все эти проблемы? Поэтому для Светы Яся еще работала в салоне мадам Ирэн и ничего необычного там не происходило. К сожалению, Света работала тоже, притом на настоящей работе, и сегодня помочь не могла: уже через полчаса она должна была принимать смену.

— Ну давай хоть помогу спустить чемоданы вниз, – Света уже пританцовывала от нетерпения. Если она опоздает, и при этом попадется начальству, то штрафа не избежать.

— Иди уже, – Яся притянула подругу к себе и обняла, – Я справлюсь.

— Напиши, как устроишься, – чмокнула ее в щеку Света, сунула ноги в кеды и, на мгновение замерев в дверях, еще раз виновато улыбнулась, – Ясь, спасибо тебе, Ясь!

— Да ладно.

В этот раз Яся твердо решила, что возвращаться не будет. Найдет комнату на долгий срок и станет жить одна. Оглядела свои чемоданы, вздохнула, завязала пакеты вокруг ручек и потащила все к выходу. У большого черного чемодана было сломано одно колесико, и он цеплялся отломанным куском пластмассы за все, что попадалось на пути. Хорошо, что дома никого не было, все соседи утром разошлись по работам, иначе кто-нибудь обязательно бы ей предъявил за испорченный столетний линолеум в коридоре. На нем живого места не было, но разве это кого волновало?

Решив, что спускать чемоданы по лестнице будет по одному, чтобы ее не придавило по пути, Яся распахнула двери и тут же отшатнулась, окутанная клубами дыма. Закашлялась, пригибаясь, и отпрянула вглубь квартиры. Пожар! Да такой сильный сразу! Когда Света выходила, все еще было нормально. Мысли путались. Что делать? Четвертый этаж! Окно! Она заметалась, не в состоянии решить, прыгать в окно или попытаться пробраться по лестнице. И сквозь дым увидела человеческие силуэты.

— Помогите! – прохрипела и схватилась за горло, присаживаясь на корточки. Где-то она слышала, что при пожаре надо сидеть на полу, а еще замотать лицо мокрым полотенцем. Но до полотенца еще нужно было добраться!

Сквозь удушливую тьму стали пробиваться алые всполохи, и Яся, натужно кашляя, поползла ко входу, туда, где видела людей.

— Да чтоб тебя, – сквозь рев пламени, раздался вскрик, и дым стал опадать, будто придавленный покрывалом. По Ясиной коже прокатился морозный воздух, покрывая руки инеем. И пока она с ужасом разглядывала заиндевевшие волоски на запястьях, голос продолжил:

— Я, конечно, все понимаю, в таком состоянии ты ищейка хоть куда, но, блин, мы такими темпами спалим тут все к чертовой бабушке. Надо это зелье чуток ослабить что ли…

— А ты тогда на что? – прогудело что-то низко, утробно, так, что у Яси грудная клетка завибрировала, отзываясь.

— Я? Для красоты, мы это еще в прошлый раз решили, – насмешливо ответил голос, и Яся отчетливо поняла, что ее, похоже, кто-то крепко сглазил. Потому что голос принадлежал Максиму Шолохову. И даром, что она хотела ему звонить. Сейчас, когда стало абсолютно ясно, что он действительно за ней следит, злость была сильнее здравого смысла.

— Что вы себе позволяете? – выпрямилась она, отлепляясь от тумбочки, возле которой сидела, – Сколько можно лезть в мою жизнь?