Ведьмы. Ру 3 - Екатерина Насута Страница 290

— Линию косметики можно выпустить, — отцу надоело изображать умирающего и он сел. — Надо поручить твоей матушке, чтоб с этой… это кто?

— Главный бухгалтер межмирового концерна, — сказал Данила. — И пара акционеров, не из числа последних.

— Вот, пусть находят язык…

— Как он? — спросил Данила у Савельева.

— Ничего страшного. Небольшое рассечение. Крови было много, но это потому что на волосяной части головы плотная сеть капилляров, а так…

— И сотрясения, как понимаю, нет, — Данила скрестил руки. — Папа, как это понимать?

— Извините… — целитель смутился. — Исключительно по просьбе…

— Ничего. Я понимаю, что вы тут ни при чём.

— Не совсем. С головой у него и вправду всё нормально, но…

— Что?

— Сердце, — произнёс Савельев. — У вашего отца довольно серьёзные проблемы с сердцем. Причём не совсем ясно, откуда они взялись, поскольку на прошлом медосмотре всё было неплохо. К тому же мне не нравятся кое-какие показатели крови. И я действительно настаиваю на госпитализации. Извините, но это не шутки.

— Ты ту дрянь, что Лёшка принёс, пил? — Данила прищурился.

— Да… попробовал. Действительно, пакость хуже самогона.

— Ты не представляешь, насколько хуже. Вы, Валентин Петрович, обследуйте его. Полностью. Но потом. А пока ступайте. Побеседуйте с демонами, возможно, удастся выяснить, что именно им интересно. Вы же понимаете, какие это открывает перспективы? Первая межмировая клиника страны… да что страны, планеты!

Взгляд целителя слегка затуманился. И потому, верно, он позволил довести себя до двери. Лишь у неё встрепенулся:

— Но я всё равно настаиваю на том, чтобы ваш отец остался. Пусть сейчас нет прямой угрозы жизни, но…

— Останется. Обещаю. До тех пор, пока вы сами не решите его выпустить.

А когда Савельев ушёл, Данила приблизился к кровати и произнёс:

— И для чего весь этот цирк?

— Так… тебе меня не жаль?

— Нет.

— Совсем?

— Отец, — Данила подвинул стул. — Я… я тебя, наверное, люблю.

— Наверное?

— Точно. Люблю, — сказал и легче стало. — Ты всё-таки мой отец. И… в общем, такое вот… я был не самым лучшим сыном. И, наверное, ожиданий не оправдывал. И вообще не так всегда делал и не то… хотя ты тоже не лучше. Вот… но маму оставь в покое, пожалуйста.

— Из-за Милочки?

— Милочку задержали.

— Чего?

— Того, — передразнил Данила. — Она в такое дерьмо влезла, что его долго ещё разгребать будут.

— Это… какая-то ошибка.

— Ага. Она Лёшку подмяла. Младшего… твой брат не рассказывал, почему из дому сбежал?

— Да… хрень какая-то, я толком и не понял. То ли чудится, то ли мерещится. И сам не может понять, чего и с чего вдруг.

— На него у неё силёнок не хватило. Вот и вырвался. Ладно, о ней потом расскажу, что позволят. Если вообще позволят. Она там… в общем, ей много чего предъявят. Ты знал, что меня той дрянью не просто накачали?

— Дань, ну хоть сейчас…

— Я и сам был хорош. Признаю. Дурак, каких поискать. Но вот… скажи, тебе предлагали отправить меня в «Синюю птицу»?

— Да.

— Милочка?

— Да. Она уверяла, что там отличные врачи. И что нужно действовать, пока ты не подсел окончательно. И что в этом случае промедление смерти подобно, что… в общем, что моя жалость тебе навредит.

И наверное, надо порадоваться, что отец не поддался.

— И почему не послушал?

— Не знаю. Твоя мать… она такой скандал устроила.