Эпифания Длинного Солнца - Джин Родман Вулф Страница 292

— Куда отправился твой человек? – спросила майтера Мята у Паука, воспользовавшись долгожданным случаем сменить предмет разговора. – Чего мы здесь дожидаемся?

— Носилок. Вон для него.

Переступив с ноги на ногу, Паук кивнул в сторону мертвого тела.

— Вы собираетесь унести его и похоронить?

— Вымылся, э? – не слушая их, продолжил Ремора. – Переоделся в мирское. Покинул Дворец. Как только смог. Пошел к Горностаю. Знал: туда может прийти и кальд. Знал… э-э… из его письма…

Решившая, что письмо предназначалось Реморе, майтера Мята кивнула.

— Пошел к Горностаю. В питейное заведение. Мирская одежда, значит, стрелять… э-э… не станут. Жду. Носильщик на улице, за окном, обронил что-то. Подпрыгнул, как кролик. Умереть, так и не став Пролокутором… а ее дух, э? Ее призрак? Ее мечты обо мне?

— Мне даже в голову не приходило, что ты ждешь возможности унести тело, – сказала майтера Мята Пауку. – Казалось бы, сие очевидно, но в последнее время я повидала так много мертвых, оставленных там, где погибли…

Паук звучно откашлялся.

— У нас для этого особое место есть. Скоро сама увидишь.

— Здесь, под землей?

— Ага. Чейнах в восьми… самое большее, в десяти отсюда.

Майтера Мята указала взглядом на труп.

— Скажи, Паук, он был тебе другом? Должно быть, да.

— Ну другом не другом, а десять лет я с ним проработал.

— Тогда ты, наверное, не станешь возражать, если я прикрою его лицо?

— Не-а. Валяй.

Поднявшись, майтера Мята оправила черные юбки облачения, короткими шажками приблизилась к мертвому телу, преклонила колени и накрыла лицо убитого грязным носовым платком, извлеченным из рукава.

— Да простит и помилует Всевеликий Пас его дух.

— Вот и ее мечтам… э-э… конец, – не обращаясь ни к кому в отдельности, продолжал Ремора. – Руководящая… э-э… должность, а? Финансы. Вероятнее… э-э… всего. Финансы. Нет…

— Захлопнись, – велел ему Паук. – Гляди, сиба: там, дальше, есть место, откуда начали копать один из этих туннелей. Ход, как обычно, загородили большущей дверью. Ты такие не раз уже видела.

Майтера Мята кивнула.

— Мученики, э? Ни единого, с тех самых… э-э…

— Прорыли шагов на пятьдесят-шестьдесят и бросили. Почему, не знаю. Углубились немного в землю и бросили. Мы сейчас под городом, и наверху по большей части земля.

— Под городом? А я думала, вы ведете нас к озеру.

— Может, и поведем еще, но пока что вели сюда. Мы здесь порой назначаем встречи. Встречаемся с советником Потто, а взяв кого-нибудь, обычно оставляем его там же, где вас. По-моему, в старые времена там что-то хранили, но я не…

Из коридора донесся грохот пулевого ружья, слегка приглушенный расстоянием, но узнаваемый безошибочно.

— Видать, Кракс пристрелил кого-то, – пояснил майтере Мяте Паук.

— Или сам был кем-то пристрелен.

— Навряд ли, он – малый прыткий, в обиду себя не даст. Так, значит, о чем я?..

— О том, как вы хороните других прытких малых, – со вздохом напомнила майтера Мята. – А ведь вопрос интересный. С удовольствием бы послушала.

— Пожалуйста.

Усевшись на пол напротив, устроившись поудобнее, Паук качнул иглострелом, который держал наготове.

— Хочешь, могу убрать. Бросаться на меня вы ж не станете.

— А я… э-э… как раз подумывал, – пробормотал Ремора.

— Ха! Вот уж навряд ли!

С этими словами Паук сунул иглострел за отворот плаща.