Ведьмы. Ру 3 - Екатерина Насута Страница 310

— Дура, — сказал Никитка и отмахнулся от следующего удара. Лапкой. С когтями. А те, наточенные о специально врытый за домом столб — столетние дубы не желали расти вот прямо сейчас — вспороли лаковую кожу. И содержимое сумочки посыпалось в траву.

— Я… — женщина подпрыгнула и взвизгнула. — Я буду жаловаться!

— Она тут бродила! — сказал Никитка, отступая. — У забора. Туда и обратно. Обратно и туда! Всю крапиву потоптала!

— Нормальные люди розы высаживают! — огрызнулась женщина.

— Так то нормальные, — Ляля изобразила улыбку. — А вы кто вообще будете?

Стало быть, не родственница, если ни Никита, ни Ляля не узнали. Ульяна выдохнула с немалым облегчением, потому что… ну не готова она ещё с другой роднёй встречаться.

Не готова.

Разве что с Калиной, к которой, если через лес, то и недалеко совсем, особенно зачарованною тропой. И случалось уже заглядывать, сидеть на берегу огненной речки, которая, успокоившись, вполне успешно притворялась обычным ручьём, есть душистую сладкую землянику да глядеть, как Алёнка пытается воспитывать чёрного кота. А тот делает вид, будто совершенно ничего не понимает.

А худой мальчишка сядет на той стороне моста и тоже будет смотреть, настороженно и жадно. И когда-нибудь он решится ступить на эту сторону, но ещё не скоро.

Но Калина — это Калина.

А другие… к ним ещё привыкнуть надо. И наоборот, наверное, тоже.

— Я? — женщина задрала подбородок. — А вы кто такие?

— Ульяна, — представилась Ульяна. — Я хозяйка этого дома. И Ляля. Она…

— Её я знаю, — лицо женщины исказила гримаса. — Она ведёт стримы. Та ещё выскочка. Давно хотела написать, что нельзя настолько увлекаться пластикой! И ботокс в вашем возрасте вреден!

— Какой ботокс? — удивилась Ляля.

— А волосы! Вот разве кто-то в здравом уме поверит, что у нормальной женщины могут быть такие волосы? Нарощенные! А губы — надутые! И все вы врёте!

Ляля приоткрыла рот.

И закрыла.

— И вы приехали, чтобы сказать это лично? — уточнила Ульяна, раздумывая, стоит ли звать на помощь или нет. Филин с его школярами должен был уже вернуться.

Да и институтские всегда поблизости крутятся.

Безопасность обеспечивают.

Конфиденциальность.

Хотя, конечно, вопрос, как они её обеспечивают, если эта вот… гостья пробралась.

— Нет! Я пришла, чтобы вы проводили меня к Игорю! — она подбоченилась и привстала на цыпочки. — Я готова его спасти!

— Эм… — Ляля замялась и оглянулась на Ульяну в поисках поддержки. — От чего?

— От печальной судьбы одинокого упыря! — женщина нагнулась и что-то подняла. — Вот! Видите!

Медальон. С виду старинный. А в нём две фотографии. На одной половинке — женщина, чьё сходство с гостьей явно говорило о родственной связи, на другой — длиннолицый лысый мужчина с усталым взглядом.

— Это мой прапрадед! И моя прапрабабушка! — возвестила женщина. И всё-таки представилась. — Стефания-Ульрика-Айседора Витяж-Ветвицкая.

— Очень приятно, — Ульяна вежливо улыбнулась. — И чего вы хотите?

— Говорю же, спасти Игорька!

— Его уже спасли.

И не только его. И не только спасли. Ульяна, честно говоря, не очень понимала в медицине, поэтому половина объяснений, что Игорька, что Стаса прошли мимо. Главное, что она усвоила — вещество, которым пичкали Стаса, задержалось в его костях. И повлияло на работу костного мозга. Нет, всё удалось исправить, но само это вещество открывало немалые перспективы в борьбе с заболеваниями крови.