Волны и джунгли - Джин Родман Вулф Страница 314

— Хор-рошая девочка! – объявил Орев. – Птичка… слышать!

Мора заулыбалась.

— По-моему, он советует рассказать тебе все то же самое, что и Торде, – пояснил я, – и, вполне вероятно, абсолютно прав. Надеюсь, ты понимаешь, что услышанного от нее я пересказать не могу?

— Ну и ладно.

Я с тяжким вздохом откинулся на спинку кресла. Как ни жаль, едва завязавшаяся дружба с Морой рушилась на глазах.

— Что ж, повинюсь: я, если угодно, действовал вопреки твоим интересам.

— То есть хочешь, чтоб папка на ней женился.

— Если он сам того пожелает.

— И тогда не видать мне нашей фермы. Не бывать богатой и хозяйкой этого дома не стать никогда. Знаю, ты думаешь, что я уже богачка, но проку мне с этого нет никакого.

— Это ты так считаешь…

— Не считаю, а знаю. Знаю наверняка. Я же не только самая большая девчонка в классе. Вовсе не только…

— Да, понимаю.

— А знаешь, чего я больше всего боюсь? Вправду боюсь, без шуток? Сказала бы «всю свою жизнь», да врать не хочу… Вот как по-твоему, чего я уже год боюсь жутко?

— Ну, очевидно, не Фавы. И не войны. Новой волны ингуми? Тоже, пожалуй, нет, – покачав головой, рассудил я. – Чего же?

— Что встречу человека, подумаю, будто он меня любит, а поженимся мы, и окажется: не меня он любит, а все вот это. Наше хозяйство. Расчет свой, что придет время, папка умрет, и станет он тогда богачом.

Необычайно широкие для девочки таких лет, ее ладони дрогнули, стиснули ноги чуть выше коленей.

— Началось у меня нынче вечером, я видела… ну да, впервые в жизни, но я же знаю… знаю…

Глубоко посаженные глаза Моры заблестели, по щекам к подбородку скатилась пара крупных слезинок, и я, встав с кресла, подошел к ней, присел рядом на корточки, обнял ее за плечи.

— Я же знаю, это теперь надолго… и каждый месяц… каждый месяц…

Внезапно она повернулась ко мне, сверкнула глазами, будто едва оперившийся соколенок.

— Убью я его! Какие хочешь обещания с меня требуй, все равно убью. Что ты сказал Торде?

— Все то же, что сказал бы на моем месте любой.

Поднявшись, я вернулся к прочному обитому кожей креслу, в котором сижу и пишу.

— Что, на мой взгляд, она любит твоего отца, а он любит ее, однако, хмурясь да дуясь, его сердца не завоюешь, а требованиями взять ее в жены не заставишь жениться на ней. Что, держись она бодро, весело, ни о чем не прося, он наверняка даст ей многое… возможно, даже то, чего ей так хочется.

— А мне все это поможет?

Я только пожал плечами.

— Отчего бы нет? Главное – найти человека нужного, подходящего склада, и заручиться возможностью проводить с ним как можно больше времени. Впрочем, в случае Торды мой совет вполне может и не помочь. А с человеком другого, не того склада, не поможет вообще. Ни одной женщине во всем круговороте.

— Однако ж идти мне пора, – меланхолично пробормотала Мора. – Поспать надо бы хоть немного, вот только без Фавы уснуть будет тяжело.

— Да уж, самое время, – согласился я, – особенно если ты собираешься подняться пораньше и проводить гонца.

— Всего одного?

— Думаю, да, – кивнув, подтвердил я.

— Ну, провожать я никого не собиралась, но спать все равно пора. А когда вы с женой… и маленьким сыном, верно, да? Когда вы жили на… как ты сказал?

— Сказал я, вероятнее всего, «на Ящерице». На острове Ящерицы, у побережья.

— И ты жил охотой на горных козлов?