Тень среди лета. Предательство среди зимы - Дэниел Абрахам Страница 320

— И ты ничего не хотел для себя? Как бескорыстно! Стать хаем Мати – это же какая мучительная перспектива! У хая не жизнь, а пытка.

— Ты бы не выбрала меня, если бы наши устремления не совпадали, – возразил Адра. – И не вини меня за то, кем я стал, ведь я пошел на это ради тебя.

— Это несправедливо.

— Вы только посмотрите на нее! – Адра сделал широкий круг по комнате, как ребенок, разыгрывающий представление перед зрителями. – С каких это пор мы стали рассуждать о справедливости? Тебя кто-нибудь когда-нибудь просил взять ответственность на себя? Это ты все задумала, любовь моя. Это все ты спланировала, Идаан! И не смей винить меня в том, что теперь тебе придется с этим жить!

Адра дышал часто и тяжело, но по его расслабленным плечам и опустившимся уголкам рта Идаан видела, что гнев уже проходит.

Он уронил руки и посмотрел Идаан в глаза. Его дыхание стало ровным, лицо – спокойным.

Они с пол-ладони просто стояли и молча смотрели друг на друга. Гнев исчез, ушла и печаль. Адра казался усталым и потерянным, очень молодым и одновременно очень старым. Идаан чувствовала себя так же. Как будто даже воздух, которым они дышали, стал другим.

Адра первым отвел взгляд и первым нарушил молчание:

— Знаешь, дорогая, а ведь ты так и не сказала, что Семай тебе не любовник.

— Он мой любовник. – Идаан пожала плечами. Битва закончилась, и новые раны уже ничего не изменят. – Уже несколько недель.

— Почему?

— Не знаю… Потому что он не был частью всего этого. Потому что он такой чистый.

— Потому что он обладает запредельной для нашего понимания силой, а это привлекает тебя больше всего?

Идаан хотела как-нибудь уколоть Адру в ответ, но передумала и кивнула:

— Пожалуй, и это тоже.

Адра прислонился спиной к стене, вздохнул, медленно сполз на пол и положил руки на колени.

— Список Домов и женщин существует, – сказал он. – Был составлен еще до того, как ты сошлась с Семаем. Я был против, но отец сказал, что это на всякий случай – может потом пригодиться. Скажи мне одно… Сегодня, когда он сюда заявился… ты не… вы с ним…

Идаан снова рассмеялась, но теперь это был тихий, спокойный смех.

— Нет, Адра-кя, я не ложилась с другим мужчиной в твоем доме. Не знаю почему, но мне кажется, это было бы хуже всего того, что я уже успела сделать.

Адра кивнул. Идаан по его глазам, по рукам видела, что он хочет спросить о чем-то еще. И даже знала о чем. Они уже несколько лет не только любовники, но и сообщники. Она хорошо знает и понимает его, он стал для нее вроде близкого родственника или даже частичкой ее самой.

Это не могло пробудить любовь, но она могла вспомнить те времена, когда любовь была еще жива.

— Когда мы впервые поцеловались, у тебя был такой испуганный вид, – сказала Идаан. – Помнишь тот первый поцелуй? Это было в середине зимы. Мы с компанией пошли кататься на коньках. Нас было человек двадцать. Мы еще устроили забег, и ты пришел первым.

— И в награду за победу ты подарила мне поцелуй, – подхватил Адра. – Нойти Ваусадар тогда так ревновал, что чуть язык себе не откусил.

— Бедняга Нойти. А знаешь, я ведь хотела его позлить.

— Да? Тебе удалось. А еще чего ты хотела?

— Еще хотела тебя поцеловать. А ты только спустя несколько недель пришел за вторым поцелуем.

— Боялся, что ты поднимешь меня на смех. Каждый вечер ложился с мыслями о тебе, а утром просыпался весь разбитый. Можешь представить, каково это – бояться, что тебя поднимут на смех?