Бог сломленных - Кэмерон Джонстон Страница 34

Грант не собирался терпеть дерзость брата.

— Слышь, я сейчас…

Захлопнувшаяся дверь оборвала его слова, и мне пришлось любоваться прекрасными картинами, пока не появилась Лайла в платье из мягкого серого шелка и серебряном ожерелье с сапфирами вместо своего обычного практичного наряда. Ее короткие волосы открывали серебряные кольца в ушах.

Я тихонько присвистнул:

— Мы сегодня принимаем гостей?

— Не твое дело, старый развратник. – Она покрутилась передо мной. – И как я выгляжу?

Она выглядела лучше, чем я посмел бы признать.

— Прекрасно. И кто этот везучий ублюдок? Чем он зарабатывает на жизнь?

— Сказала же, не твое дело. Нечего тут изображать доброго дядюшку-покровителя.

Я поднял руки в знак поражения:

— Справедливо. Я пришел за сундуком.

Она вложила мне в ладонь ключ:

— Я так и думала. Забирай. И удачи тебе на севере.

— Похоже, каждая собака уже знает. Дурные вести расходятся быстро.

Она улыбнулась и похлопала меня по плечу:

— Если все горцы хоть наполовину такие же задиры, как Грант и Невин, удача тебе понадобится.

— По крайней мере, держи оружие под рукой, – посоветовал я. – В наши дни осторожность не помешает.

Она снова улыбнулась, но глаза остались холодными.

— Я сама и есть оружие, Бродяга.

С этими словами она махнула мне и поднялась по лестнице, чтобы вернуться к своему мужчине. Я понял, что до сих пор не имею ни малейшего представления о ее личной жизни. Внезапно мне стало до крайности любопытно, что за человек сумел вызвать в Лайле такие эмоции? И должен ли я пригрозить ему на случай, если переступит черту? Хм, да мы и впрямь чувствуем себя дядюшкой-покровителем? Любопытно. Если меня что-то еще волнует, значит, не все потеряно.

Мне очень хотелось вмешаться и все выяснить, но я пересилил себя и спустился в подвал. Я просто завидовал ее счастью, понимая, что у меня самого такого, скорее всего, никогда не будет. Тем не менее жизнь должна продолжаться, несмотря на все дерьмо, которое подсовывает нам мир. Я стряхнул пыль со старого сундука и осмотрел охранные заклинания. Они уже стали бесполезными, их замысловатые структуры разрушились под воздействием бушующей внутри силы. Я чуть приоткрыл сундук, и в комнату хлынул белый свет – жидкий поток магии, искушавший мой Дар и обжигавший разум.

Внутри лежал ослепительный осколок кристалла, пульсирующий от самой мощной магии, которую только можно вообразить, – семя бога, вырванное из живого сердца падшего бога. Я взял его дрожащими руками в перчатках и заглянул в глубину. Я почти забыл, каково это, держать его в руках. Все тело зудело и искрилось от блуждающей силы, и Червь магии побуждал взять его, впитать его мощь, стать богом. Я едва сдерживался, чтобы не вонзить осколок прямо себе в сердце.

Набрав полные легкие воздуха, я медленно выдохнул:

— И застрять тут навеки? Нет уж, спасибо. Проклятые боги и их вонючее высокомерие.

Сунув осколок во внутренний карман плаща, я погладил его. Однажды человек обязательно устанет от мира и захочет просто заснуть и больше никогда не просыпаться, но, судя по тому, что я знал о богах Сетариса, они были связаны какими-то жуткими, бесконечными обязательствами, а значит, у них не оставалось времени расслабиться и насладиться всей этой замечательной силой. Долг – это не для меня. Я и в лучшие времена был ленивым ублюдком. Эта сила и ответственность не предназначалась для таких, как я, но все же я не мог бросить семя просто так, чтобы какой-нибудь старый мерзавец подобрал его и воспользовался. Семя бога хотело, чтобы его нашли и использовали, и рано или поздно оно само кого-нибудь найдет. Возможно, именно так оно и попало в руки Натэра.