Найди меня в сердце ночи, Каноко - Лин Си Ён Страница 38

Перемахнув через низенькое ограждение, Каноко вышла из-за бойлерной. И замерла, не в силах даже рот закрыть. Дракон вновь лежал здесь, свернувшись кольцами. Чешуя зловеще поблескивала, но долго рассматривать ее не было времени: прямо на Каноко смотрели два больших желтых глаза. Совсем как в прошлый раз.

Мысли исчезли, она даже выругаться не могла. На мгновение заболела нога, – а в следующую секунду Каноко уже замахнулась битой, целясь прямо в огромный узкий зрачок.

Дракон попятился и заморгал. Видимо, никак не ожидал, что на него сразу же нападут. Разинул пасть – ряды острых белых зубов Каноко почти впечатлили. А вот запах болота из пасти – нет. Она еще по зеленой чешуе заподозрила, что дракон – не огненный, а земляной, а значит, флегматичный и неконфликтный. Ну как, для дракона, конечно.

Если верить энциклопедии – той самой, параграф из которой она зубрила с легкой руки тренера, огненные драконы отличались буйным нравом и особой агрессивностью. Земляные были их полной противоположностью, водные обитали лишь на глубине и плевать хотели на все, что происходит на суше, а воздушные – вообще на все. У них, насколько поняла Каноко, была какая-то своя атмосфера.

Дракон понял, что уловка не сработала, но было уже слишком поздно – Каноко успела прихватить один из проводов, торчавших из катушки. Той самой, которую дракон использовал вместо подушки. Перебросила ее через одно из колец, потом через другое – туша у дракона была большая и тяжелая, придавит и не заметит. Вот только маневренности огромные размеры ему явно не прибавляли, и теперь, как он ни пытался выпутаться из внезапной ловушки, лишь заматывался в провода еще сильнее. Кабель из толстой проволоки ему было не разорвать.

Каноко сложила руки на груди и усмехнулась. Какая… легкая победа. Она опустила биту, взгляд скользнул к земле: на концерт пришло много молодежи. По статистике, «мутировал» каждый десятый, значит, хоть пятьдесят человек из толпы должны видеть дракона. Оставалось надеяться, что кто-то из них позвонит в полицию и объяснит, что случилось.

«Будто игра в реальности, и я снова Каноко, победительница драконов». – Надо было удостовериться, что дракон не выберется из оков кабеля еще хотя бы минут десять, и быстрее спускаться, пока сюда не поднялись работники концертного зала.

Крыша под ногами содрогнулась, Каноко вздрогнула, подняла голову – слишком поздно, дракон уже оттолкнулся телом от бетона и пулей взмыл вверх, выпрямляясь в струну. Упрямый кабель цеплялся за костяные наросты, но беспомощно скользил по гладкой чешуе.

В ужасе Каноко подбежала ближе, пристегнула биту за карабин к поясу, села дракону на хвост и попыталась привязать самый кончик к арматуре, торчавшей из плит крыши. То, как весело и задорно железный крюк выскочил из бетонного основания, она уже не заметила – дракон взлетел одним резким движением, скинув с себя остатки кабеля. И чуть не сбросив Каноко, сжавшуюся и распластавшуюся по зеленой чешуе.

Смотреть вниз было слишком страшно, вот только больше оказалось некуда, и Каноко обреченно наблюдала, как на земле, метрах в двадцати под ней суетятся люди, кричат и показывают пальцем. Значит, «мутировавшие» в толпе точно были в избытке.

Хвост вильнул, Каноко бестолково дернула рукой, попыталась ухватиться чуть крепче и насадилась ладонью прямо на один из наростов гребня. Из горла сам собой вырвался не то стон, не то всхлип – громкий и жалобный. Хвост снова дернулся, но на этот раз – медленно и аккуратно, почти нежно.