Светлее дня - Ирина Родионова,Дарина Стрельченко,Ольга Цветкова,Дарья Странник,Роман Голотвин,Андрей Миллер,Антон Мокин,Елена Ивченко,Юлия Романова,Ольга Свобода,Дарья Райнер,Алексей Ведин,Элиот Лилит,Ира Малинник,Олег Ушаков Страница 4

Старик закивал, спросил, какое число. Узнал – схватился за поручень над кроватью, поднялся. Слабый ещё, силы к нему полностью только через пару дней вернутся. Поехали домой, говорю, отлежишься чуток. Да нет, куда там. Головой мотает: завтра – презентация «Оптимуса», андроида ненаглядного, надо успеть. Всегда упрямый был, а с возрастом только хуже стало.

Присмотрелся к нему: ну да, так и есть. Смерть под машиной ещё пару лет прибавила. Теперь выглядит на все семьдесят. Морщины глубже стали, нос будто вырос, щёки запали. Стал похож на Дали в старости, только без усов.

А когда они с Марьей меня взяли, ему на вид было лет двадцать. Красавец, по человечьим меркам. Впрочем, женщинам он до сих пор нравится: высокий, статный, жирка – ни грамма, глаза – синие, мудрые, седины – длинные, благородные. Ещё бы этим глазам мудрыми не быть, с таким бэкграундом.

Стоит, шатается, твердит про аэропорт. Не знает ещё, что никакой презентации не будет. В смысле будет, но другая: проект «Фелисетт»! Я ему сколько говорил: брось ты эти мысли. Человеку нужен человек. А ещё лучше – несколько: один большой и сколько-то маленьких. Найди себе молодую, резвую, заделайте бэбика. Чем чужих-то всю жизнь спасать. Хватит прошлым жить, призраков плодить. Но он – ни в какую. Втянул меня в эту авантюру с ментальным сканером. Ладно, я согласился – для виду. Пускай сканируют, всё равно не допущу, чтоб из Марьи андроида делали. Если вы понимаете, о чём я.

* * *

Старик

Мне кажется, или с каждым разом дольше восстанавливаюсь? То ли живая вода уже не такая живая, то ли я сам чуть более мёртвый. Ничего, вернётся моя Маша – и сила вернётся. И всё будет по-прежнему. Даже лучше.

В аэропорт мы опять впритык приехали. Билеты прямо по дороге заказали, в такси. И переноску с доставкой к трапу. Для вип-пассажиров – хоть звезду с неба, не то что кота-переростка в салон.

Точнее, Бася заказал. У меня с современной техникой отношения сдержанные. А он, как сейчас говорят, юзает – только щепки летят. Водитель, конечно, косился, когда кот из кармана смартфон достал и по экрану когтем защёлкал. Пришлось сказать, что цирковой, дрессированный. Бася на меня только зыркнул. Правило у нас железное: при людях – никаких разговоров. Кот злится, но выполняет. Нам лишнее внимание ни к чему.

Билеты кот опять заказал через Страсбург. Пересадка неудобная, три часа ночью ждать. Да и аэропорт этот не люблю: французы всегда делают вид, что по-английски не понимают. Но коту явно зачем-то в Страсбург надо. И я догадываюсь, зачем.

Видел как-то у него на планшете – пока он не зашипел и экран не схлопнул: кошица такая, чёрно-белая, нахохленная. Морда умная, печальная. Сидит, вся какими-то железками да ремнями обмотана. Я к себе планшет потянул, хотел получше рассмотреть, но Бася на низкий вой перешёл. Когда кот Баюн вот так воет – это последнее предупреждение. Лучше прислушаться. М-да. Но зато я понял наконец, с кем он по ночам переписывается. Надо же, а я думал, грамотный кот – мой один такой. Нашёл, выходит, себе под стать. Ну, что ж, совет да любовь.

Как взлетели – на меня опять накатило. Высоты боюсь жутко. Казалось бы: чего бессмертному бояться? А поди ж ты. Во рту сохнет, в груди стучит, в животе крутит. И мысли лезут… Всегда, когда лечу, Глеба вспоминаю.