Извилистый путь - Илья Ангел,Алекс Ключевской Страница 4

— Где она? — Рома говорил с ледяным спокойствием.

— Кто? — довольно пренебрежительно переспросил Георгий Гаранин.

— Не делай вид, что не понимаешь, о ком я говорю, — голос Ромки стал совсем безжизненным, а я вовсю напрягал слух, чтобы не упустить ни единого слова из этого диалога.

— Представь себе, я не имею ни малейшего понятия о том, в чём ты пытаешься меня обвинить, — Гоша ответил ему также холодно. — А-а-а, я, кажется, понял, — и вот сейчас в голосе старшего Гаранина промелькнули довольные нотки. — Эту кудрявую дрянь, которая испортила мне все планы на жизнь, кто-то смог наконец-то достать? Это самая лучшая новость, которую я мог бы услышать в день рождения своего непутёвого сына.

— А теперь послушай меня очень внимательно, — прошипел Ромка, и я заметил, как в комнате воцарилась просто идеальная тишина. — Если с её головы упадёт хотя бы один волос, я сделаю всё, чтобы ты об этом жалел до конца своей оставшейся недолгой жалкой жизни. Я на твоих глазах убью твоего сына, твою новую любовницу, а потом и тебя, когда пойму, что ты смог заслужить себе смерть.

— Что, и собаку мою убьёшь? — ехидно поинтересовался Гоша.

— Нет, зачем, — Ромка немного повысил голос, который сейчас звенел от переполнявших его эмоций. — Я её заберу себе. Я животных никогда не убиваю. Так где она?

— Я погляжу, что к двадцати одному году у моего щенка наконец-то начали прорезываться зубки?

— Гоша, следи за языком, — проговорил я громко, так, чтобы Гаранин меня услышал, прекрасно видя, что Ромка едва держит себя в руках. Нужно было прекращать этот бессмысленный диалог, но сделать это нужно было на наших условиях.

Воцарилась тишина. Георгий молчал почти минуту, я уже было подумал, что он бросил трубку, и только едва слышное сопение не давало усомниться в том, что он всё ещё с нами.

— Эта мелкая дрянь сейчас рядом с тобой? — наконец, прекратив ехидничать, серьёзно поинтересовался Гаранин-старший. — И я так понимаю, он всё слышит, — не дождавшись ответа, он добавил: — А теперь послушайте меня, оба. Сегодня действительно самый лучший день в моей жизни за последние пару лет. Я даже достану бутылку самого дорогого шампанского и отпраздную это событие, не забыв помолиться всем богам, чтобы живой эта кудрявая тварь к вам не вернулась. Но, к сожалению, ко всему, что у вас там творится, я не имею никакого отношения! Слышишь, Наумов, я здесь ни при чём! — и в трубке раздались короткие гудки, а Ромка, отключившись, повернулся, удивлённо глядя на меня.

— И что это сейчас было? — напряжённо спросил он, разглядывая меня, словно впервые увидел.

— Ну, скажем так, Георгий любит меня даже чуть больше своего родного сына, то есть тебя, и Ванды вместе взятых. Просто обожает, — я усмехнулся, похлопав Ромку по плечу. — У нас с ним очень сложные отношения, основанные на бизнесе. Так уж получилось, что наши взгляды по некоторым вопросам часто не совпадают. Я даже пару раз практически полностью его обанкротил. Правда, до конца дело ни разу не довёл. Теперь жалею.

— Ага, то есть в том, что он почти меня разорил, виноват ты? — прищурился Рома, начиная постепенно расслабляться.

— Скорее всего, да, — я развёл руками. — Но он бы и без моего вмешательства запустил бы руку в твой карман. Рома, похищение Ванды — это не дело рук твоего отца. Начальник моей службы безопасности отчитывается раз в несколько дней о каждом шаге Гоши. И в последнее время Прохоров сообщает, что он ведёт себя тихо, почти идеально. Настолько, что Максим Николаевич почти заскучал. Никаких подозрительных встреч, звонков и переводов средств, — добавил я, разглядывая улицу за окном, как недавно Ромка. А ведь это было бы так просто, если бы этот идиот был причастен к пропаже Ванды.