Эпифания Длинного Солнца - Джин Родман Вулф Страница 405

— Повернись события согласно нашим расчетам, – продолжил Шелк, – далее все вышло бы проще простого. Те же стражники препроводили бы Чистика на волю, а часовые Сийюф решили, что он допрошен и выпущен.

— Только один-то уйти я не мог, – пояснил сам Чистик. – Нам в Майнфрейм надо. Вот ему, мне и всем, кто со мной пойдет.

С этим он оглянулся на Кетцаля с Реморой в поисках поддержки, а Потто заулыбался шире прежнего.

— И вновь поздравляю тебя с успешным исходом. Подумать только: все, чего мы могли бы желать, и даже более! Одна беда: четыре двигательных блока и три пары исправных крыльев в руках врага…

— Враг – это ты! – во весь голос высказалась Гиацинт.

Майтера Мята отрицательно покачала головой.

— Так было до вечера фельксицы. Теперь мы, пережив предательство, уже не можем с уверенностью сказать, кто нам враг, а кто друг. По-моему, тривигантцы также. Но мы, собравшиеся здесь, – виронцы, все до единого, за исключением летуна. Если советник Лори действительно намерен заключить мир, нам следует всячески сие приветствовать… да простит мне эти чувства Эхидна! – прибавила она, закрывая глаза.

Сидевший напротив Ремора истово закивал.

— Итак, советник Лори? Советник Потто? Вы пришли сюда для разговора о мире? – осведомился Шелк.

Потто заливисто захихикал.

— Наши азоты конфискованы. Меня обыскали! Меня! Ну и потеха… однако объявлять эту встречу мирными переговорами еще смешней!

— А я и не объявляла ее мирными переговорами, – зарычала майтера Мята. – Лишь намекнула, что она может стать ими. Должна стать, если у нас есть хоть какие-то возможности для примирения. Что же касается вашего разоружения, мы с Его Высокопреосвященством пришли к вам на переговоры безоружными, и вспомни, как ты нас принял! Посему этот разговор и устроен на нашей территории, причем мы вооружены, а вы – нет. На тех же условиях я буду настаивать и в случае каких-либо будущих переговоров.

— Да пока мы здесь говорим, ваши войска тают! Тают! – рявкнул в ответ Лори.

— Видела бы ты, дражайшая моя юная генералиссима, свое лицо, когда я грозил тебе чайником! – добавил Потто. – Зрелище стоящее; еще раз повторил бы, только бы полюбоваться. Однако ты не имеешь никакого права…

Но тут его оборвал Оозик, подняв над столом извлеченный из кобуры иглострел.

— Вот кое-что из моего оружия. Для меня, для генералиссимы Мяты и даже для кальда Шелка хватит вполне. Хочешь, бери.

С этими словами он выложил иглострел на полированный стол и небрежным толчком отправил к советнику Потто.

На протяжении трех ударов сердца никто не проронил ни слова. Все это время Потто не отрываясь взирал на иглострел перед собою и наконец отрицательно покачал головой.

— Тогда и насчет отнятого оружия не жалуйся, – бросил ему Оозик.

Шелк постучал по столу, призывая его к порядку.

— Согласен, генералиссимо. Я тоже считаю, что советник Потто не вправе возмущаться утратой оружия. Однако планы обезоружить нас – вполне основательный повод для возмущения, хотя я отнюдь не уверен, что советнику Потто, как ни гордится он собственной информированностью, о них известно… да и советник Лори, кажется, не слишком-то осведомлен о добровольцах генералиссимы Мяты.

Хмыкнув, он обратился непосредственно к Потто:

— Советник Лори утверждает, что их силы тают. Полковник Бизон докладывает, что они растаяли без остатка. Нам требовалось поспешить с их роспуском, и мы торопились как только могли. Известно ли тебе, отчего?