Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс Страница 45

Я встал. Руки сами потянулись к ремню. Пара секунд — и брюки упали на пол.

— Ой, что ты делаешь? — залепетала Мария, пятясь на шаг. Её щёки запылали.

— А что? — я улыбнулся, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь. — Что вы там не видели?

Мой член уже готов был порвать трусы. Он упирался в ткань, натягивая её до предела, пульсировал в такт сердцебиению. Сквозь тонкую материю проступала влага.

Лана перевела взгляд с моего паха на Марию и чуть заметно качнула головой — мол, смотри и учись. Потом грациозно, не спеша, опустилась на колени прямо передо мной. Её белоснежные волосы рассыпались по плечам, алые глаза смотрели снизу вверх с хищным, обещающим всё блеском.

Она потянулась к моим трусам. Медленно, дразняще, кончиками пальцев. Стянула их вниз, освобождая член. Он вырвался наружу — твёрдый, горячий, с блестящей капелькой на головке.

Лана обхватила его рукой. Нежно, но уверенно. Её пальцы сомкнулись у основания, и она начала медленно двигать рукой вверх-вниз, размазывая смазку по всей длине. Потом наклонилась и взяла головку в рот.

Я зашипел сквозь зубы.

Её губы были мягкими, горячими, влажными. Она смотрела мне прямо в глаза, не отрываясь, пока её голова двигалась вперёд-назад, насаживаясь глубже. Её язык выписывал круги вокруг головки, ласкал уздечку, дразнил. Рука продолжала работать у основания, дрочила в такт движениям губ.

Было невыносимо хорошо. Ноги подкашивались.

Лана выдохнула, выпуская член на секунду, и, не оборачиваясь, бросила через плечо:

— Так и будешь стоять там, Маш?

Мария робко, как птенец, выпавший из гнезда, опустилась на колени рядом с Ланой. Её руки дрожали, она не знала, куда их деть, и в конце концов просто положила на мои бёдра, боясь прикоснуться к главному.

— Охх, — выдохнула Лана, чуть раздражённо, но с теплотой. — Соси уже своему мужу. Не бойся, он не кусается. Пока что.

Мария замялась, но потом наклонилась. Сначала она просто коснулась губами головки — легко, пробуя, словно незнакомый фрукт. Провела языком по уздечке, робко, неуверенно. Потом приоткрыла рот шире и осторожно взяла член в рот. Медленно, дюйм за дюймом, втягивая его в теплоту. Её движения были неопытными, прерывистыми — она то углублялась, то отстранялась, будто проверяя, не причиняет ли боль. Губы скользили по стволу неумело, но от этого было особенно остро.

Лана тем временем выпрямилась и плавным, текучим движением стянула с себя платье через голову. Оно упало на пол лёгкой тканью. Под ним действительно ничего не было. Лана стояла передо мной абсолютно голая — белоснежные волосы рассыпались по плечам, молочная кожа с лёгким румянцем на груди и бёдрах, аккуратная талия, соблазнительные изгибы. Её большая попа, которую я так хорошо помял сегодня, открылась моему взгляду во всей красе — округлая, упругая, манящая. Она чуть повела бёдрами, и я готов был поклясться, что эта женщина создана самими богами для греха.

Я не выдержал.

Картина стояла перед глазами — Лана, обнажённая, сияющая, и Мария, старательно, хоть и неумело, работающая ртом у моего паха. Волна накрыла с головой. Член дёрнулся, напрягся до предела, и я кончил прямо в рот Марии.

Она дёрнулась, захрипела, попыталась отдёрнуть голову, выпустить член, но Лана мгновенно оказалась рядом. Её рука мягко, но настойчиво легла Марии на затылок, не давая отстраниться.