Гавани солнца - Марта Уэллс Страница 45

— Как ты считаешь, стоит подождать остальных?

— Нет.

Вопрос, конечно, спорный. Если они движутся не в ту сторону, а другие – в нужную, им не встретиться с ветряным кораблем. Но Лун скучал по ним, хоть и знал, что Нефрита, наверное, уже готова его прикончить.

— Иди сюда и ложись, – приказал Утес. – Иначе никогда ничего не поймаем.

Лун сообразил, что стоит уже какое-то время, чешет затылок и глядит в пространство. Он вздохнул, подошел к Утесу и улегся в песчаную яму с ним рядом.

Песок согревал уставшие мышцы, и Лун задремал под шелест ветра в траве. Но Утес подтолкнул его локтем.

— Что-то есть.

Едва разлепив глаза, Лун заметил фигурку, стрелой летевшую к ним по безоблачному синему небу.

— Опять одна из тех птиц? Прошлая была на вкус как высохший лист.

— Будешь есть, что я поймаю, и радоваться, – недовольно буркнул Утес. – Это мерзкий цветкоголовый.

— Я думал, мы не над их землями, – устало проворчал Лун.

Утес зашипел.

— Этот, видимо, сбился с пути.

Существо, спускавшееся прямо на них, было размером примерно с арбору, а голова напоминала округлый цветок с многочисленными лепестками, что-то вроде астры. Мозги у него были тоже как у астры. Когда оно приблизилось, Утес выскочил из ямы и сменил облик. Лун не пошевелился.

Дико хлопая крыльями, цветкоголовый попытался остановиться в полете. Он сумел не налететь на Утеса, но потерял контроль и ударился оземь, проехал шагов пятьдесят по песку и траве и затормозил рядом с Луном. Он приподнялся, сел и сказал цветкоголовому:

— Отвали.

Тот отшатнулся и съежился, что еще сильнее раздражало. Но нельзя же есть то, что разговаривает, каким бы тупым оно ни было, а значит, и убивать его смысла нет. Утес снова принял земной облик и не спеша возвратился в песчаную яму.

— Кто есть вы? – на плохом альтанском спросил цветкоголовый.

— Не твое дело, – прорычал Лун.

Цветкоголовый отступил на несколько шагов и застыл. Лун зашипел, собираясь сменить облик и зарычать, но цветкоголовый сказал:

— Вы не знать, в какую сторону есть большая река?

«Он тупой как камень», – подумал Лун и ответил:

— Она на севере, вон там.

И показал направление.

Цветкоголовый развернулся, пробежал несколько шагов и неуклюже взлетел. Утес поворочался в лежбище и вздохнул.

— А я говорил, что он заблудился.

Лун не удостоил его ответом и снова растянулся на песке. Этот метод охоты во время отдыха работает не всегда, но, если получается, экономится куча времени.

Цветкоголовый произвел много шума, и потребовалось какое-то время, чтобы подкараулить кого-то еще. Лун с Утесом успели слегка вздремнуть прежде, чем какая-то крупная птица наконец позарилась на приманку и метнулась к ним.

Еды было немного, но хватит, чтобы добраться до более плодородных земель. Сидя на корточках в траве, Лун отбросил последнюю разгрызенную кость. Утес уже покончил с едой и опять катался в пыли, собираясь в дорогу, Лун встал, потянулся и окинул взглядом долину.

По поросшей травой пустоши к ним кто-то приближался. Шел против ветра, но Лун и так знал, кто это, и подумал, что эта пустошь, наверное, самая оживленная во всех Трех мирах.

— Утес, – сказал он.

Утес повернулся посмотреть и зло зашипел.

«Мы знали, что они могут идти за нами, – подумал Лун. – Или он один».

Однако Лун не ожидал, что кетель так преуспеет в преследовании.