Волны и джунгли - Джин Родман Вулф Страница 450

— Остер-регись, – пробормотал черноперый.

Юноша призадумался, разрываемый надвое опаской и надеждой.

— Так ты со мной пойти хочешь? Хотя ты, можно сказать, уже со мной. Кто, как не ты, рассказал мне, чем Сервал похвалялся, да и ружье, опять же… Может, ты и покончить с ним хочешь помочь?

— Вот именно. В точности так.

Шагнув влево, Гимнура остановился под выступающей кровлей дома без единого огонька в окнах.

— Давай сюда, а? Чтоб под дождем не торчать.

— Как хочешь, – согласился юноша, шагнув за ним следом. – Мне нынче все равно – дождь, не дождь… как будто огонь в груди. Вот только крылатому дождь не по вкусу.

— Птичка… Хор-роший!

Встряхнувшись, черноперый распушил перья, как обычно делают птицы, стараясь немного согреться.

Гимнура неуверенно тронул юношу за рукав.

— А можно, я кое о чем спрошу?

— Спрашивай, если и мне позволишь вопрос задать.

— Я… я, понимаешь, следил за тобой. Не с тех самых пор, как ружье одолжил – тогда-то ушел. Не хотел, чтоб Гуара меня с тобой видел. А вот как только выстрел услышал – сразу назад.

— Понимаю.

— Гляжу: ты уже дальше идешь, а твоя птица Гуару в… в лицо клюет. Потому и решил, что ты к Сервалу отправился, и побежал тебя догонять. Ты небось из-за дождя не слышал…

— Не слышал, – подтвердил юноша.

— Бегу, и тут твоя птица над головой – шасть! На плечо к тебе села, и вдруг… вроде как девчонка рядом с тобой идет. Будто бы… э-э… птица твоя ее с собой принесла. Ну, со стороны так казалось.

— Призрак Лилии?

Умолкнув, юноша вмиг погрустнел.

— Н-нет, в-вряд ли, – с дрожью в голосе ответил Гимнура. – Я ведь Лилию, понимаешь ли, видел не раз. С тобой в поселении. Так та на нее не походила совсем. Совсем на Лилию была не похожа.

— Жаль, сам я ее не видел, – пробормотал юноша, будто не слыша его.

— Как «не видел»? Да ведь должен же был: она совсем рядом шла! Я же ее, понимаешь, как молния полыхнула, даже лучше, чем тебя сейчас, смог разглядеть… вот и хочу спросить: кто она?

— Сцилла, – ответил за юношу черноперый, только вовсе не он.

— Я никого не видел, – отрезал юноша, – и тебе, правду сказать, не верю. Значит, шла рядом со мной, пока птица сидела у меня на плече, а ты догонял нас сзади?

Кивок Гимнуры он скорее почувствовал, чем разглядел.

— Ну а потом она куда делась?

— Не знаю. Догнал вас, гляжу: ее нет.

Юноша встряхнулся – возможно, от холода, а может, невольно подражая черноперому.

— Время зря тратим. Где Сервал живет? Кончать дело пора.

— Идем покажу, – откликнулся Гимнура, снова шагнув под дождь. – И сам с тобой пойду и… и помогу, если не возражаешь.

* * *

Оба заколотили в дверь. Отворившего на стук Сервала юноша подцепил за шею крюком багра, выдернул под проливной дождь и сбил с ног стальным обушком крюка. Изнутри донесся женский визг, а как только Гимнура захлопнул дверь, за дверью увесисто лязгнул, заскрежетал о проушину запираемый засов.

— Ты убил Лилию, – заговорил юноша, встав над Сервалом. – Надругался над ней, а после убил.

Вручив багор Гимнуре, он снял с плеча пулевое ружье и направил дуло на Сервала – пусть полюбуется бездной небытия.

— Стреляй, – шепнул Гимнура.

— Стр-релять! Стр-релять! – вторил ему черноперый.

Сервал, не говоря ни слова, отер грязь с глаз и щек и неторопливо, с опаской поднялся на ноги. Подцепленный крюком багра, он держал в руках кочергу, но, падая, обронил ее, и кочерга утонула в грязи.