Павшая луна: комплект из 2 книг - Джим Чайковски Страница 469

Она криком выбросила эту энергию обратно, отчего ее обуздывающий напев прозвучал драконьим ревом. Никс упивалась этой силой, так и пылая энергией. Та вонзилась в зверя подобно огненной стреле.

Когда это произошло, на миг она увидела эту тварь целиком и насквозь, прямо сквозь лохматый мех – вплоть до костей, крови и нервов.

Летучая мышь задергалась в воздухе, пойманная там в ловушку.

Никс проникла еще глубже и с мрачным удовлетворением выжгла ей сердце дотла.

Тварь взвыла, дико захлопав крыльями и выпуская из пасти клубы дыма. Связанная с ней смертью, Никс вновь столкнулась с гнетущим присутствием великого разума орды. Она не ощутила в нем ни страха, ни гнева – лишь холодный интерес, столь же безразличный и необъятный, как сам Ледяной Щит.

Для него эта смерть была всего лишь пылинкой.

Ей тоже было все равно.

Со смертью летучей мыши умерла и эта связь, угаснув, как и сама ее жизнь. И все же на какой-то миг Никс ощутила, что в самой глубине этого всеобъемлющего злобного разума таится и что-то еще. Вроде как паук, укрывшийся в густой тени. Когда ему помешали, он скользнул еще глубже во тьму, отворачиваясь, – но не раньше, чем она успела уловить ледяной отблеск его холодного злокозненного рассудка, оценивающего ее и пытающегося нащупать ее слабые места даже сейчас.

Прежде чем Никс смогла приглядеться повнимательней, его там уже не было.

— Фре гах! – крикнул ей Даал, резко возвращая ее в собственное тело.

Он вырвал руку из сдавивших ее пальцев Никс и резко отпрянул, словно вдруг испугавшись ее. Но дело было не в этом. Раскинув руки, Даал метнулся туда, куда падала кувыркающаяся в воздухе фигурка.

Хенна…

Никс с ужасом осознала, что совершенно забыла про девчушку.

В отличие от Даала.

Подхватив сестру на руки, он быстро откатился в сторону – и вовремя. Здоровенная туша летучей мыши рухнула обратно на улицу, подломив крыло и когтистую лапу.

Никс, опустошенная и ослабевшая, бессильно опустилась на колени. Волна огня оставила после себя лишь зияющую пустоту – такую, что Никс завороженно уставилась на свои руки, словно ожидая что-то увидеть прямо сквозь них. И поверх кончиков пальцев, которые никуда не девались, встретилась взглядом с Даалом. Тот перевернулся на спину, прижимая к себе сестру.

Никс с надеждой посмотрела на него.

«Девочка цела?»

Даал просто смотрел на нее в ответ. Лицо у него напряглось, глаза блестели от страха – но не за благополучие сестры.

«Он боится меня».

* * *

Даал отполз на спине подальше от Никс, крепко прижимая Хенну к груди. Его прошиб холодный пот. Руки дрожали. Дыхание вырвалось судорожными вздохами.

Ноздри наполнило зловоние опаленной шерсти и горящей плоти, донесшееся от распластанной на песке туши рааш’ке. Из обмякших челюстей чудища все еще валил дым.

«Что же только что произошло?»

Даал сглотнул подкатившую к горлу желчь. У него болели все кости. Казалось, будто они пустые и хрупкие, как у давно высохшего скелета. Кожу болезненно покалывало, словно он рубил лед голыми руками. Даже в животе у него похолодело, а легкие налились тяжестью, будто примерзли к ребрам.

Когда Никс схватила его за руку, до крови впившись в нее ногтями, он вдруг перенесся в совсем другое время и место – глубоко под водой, когда ему было так же холодно, а на грудь давила такая же тяжесть. Тогда тоже пролилась кровь. Даал отогнал накативший было ужас прочь, не позволяя ему подняться и захлестнуть его с головой. Однако он помнил, что именно тогда затолкали в него против его воли – поскольку Никс вытянула все это наружу.