Город потерянных душ - Кассандра Клэр Страница 49

— Я здесь, – произнес знакомый голос, и тень поднялась из плетеного кресла. – Уже засомневался, явишься ли ты вообще, светолюб.

— Рафаэль, – недовольно сказал Саймон, подходя к нему по деревянному настилу, идущему между клумб и маленьких бассейнов, отделанных кварцем. – Я тоже думал, приходить или нет.

Рафаэль перестал прятаться в тенях, и теперь, подойдя ближе, Саймон ясно видел его своим ночным зрением. Вампир был одет в черный костюм, на лацканах блестели запонки-цепочки. Лицо у него было все такое же ангельское, но взгляд холодный.

— Когда глава манхэттенского клана вампиров тебя зовет, Льюис, ты приходишь.

— Иначе что? Кол мне в сердце забьешь? – Саймон раскинул руки. – Попробуй. Делай со мной что хочешь, импровизируй!

— Dios mio[9], ты такой скучный, – отозвался Рафаэль. За его спиной поблескивал припаркованный у стены мотоцикл.

Саймон опустил руки.

— Ну, ты сам меня позвал.

— Хотел предложить тебе работу.

— Серьезно? В отеле не хватает рук?

— Мне нужен телохранитель.

Саймон окинул его взглядом.

— Ты что, «Телохранителя»[10] посмотрел? Потому что я не собираюсь в тебя влюбляться и носить на своих крепких руках.

Рафаэль бросил на него недовольный взгляд.

— Заплачу больше, если будешь молчать во время работы.

Саймон уставился на него.

— То есть ты это серьезно?

— Иначе не стал бы тебя звать. Когда я в настроении для шуток, предпочитаю проводить время с теми, кто мне нравится. – Рафаэль снова сел в кресло. – Камилла Белькур объявилась в Нью-Йорке. Сумеречные охотники носятся с этим валентиновским сынком и не собираются, конечно, ее выслеживать. Для меня она представляет опасность, потому что хочет захватить власть над манхэттенским кланом. Клан мне верен, поэтому самый быстрый способ сменить главу – убить меня и вернуться на вершину.

— Допустим. Но почему ты выбрал меня?

— Потому что ты светолюб. Остальные смогут защищать меня ночью, а ты – днем, когда мы обычно беспомощны. К тому же на тебе метка Каина. Камилла не посмеет на тебя напасть.

— Все так, но я этого делать не буду.

— И почему же? – удивленно спросил Рафаэль.

— Ты смеешься, что ли?! – взорвался Саймон. – С тех пор как я стал вампиром, ты ни черта для меня не сделал! Вместо того чтобы помочь, только вредил и пытался меня убить! Если тебе будет понятнее, давай по-вампирски: с превеликим сожалением вынужден сказать вам, сир, идите к черту!

— Лучше бы тебе не становиться моим врагом, светолюб. Наша дружба…

Саймон даже рассмеялся, пораженный.

— Подожди. Дружба?! То есть вот это все было еще по-дружески?!

Рафаэль резко выпустил клыки, и Саймон понял, насколько он зол.

— Я знаю, почему ты мне отказываешь, светолюб, и обида тут ни при чем. Ты постоянно крутишься рядом с Сумеречными охотниками и мнишь себя, верно, одним из них. Мы все видим. Вместо того чтобы охотиться по ночам, нянчишься с дочерью Валентина. Живешь с волком-оборотнем. Ты позоришь нас!

— Ты всегда так собеседования проводишь?

Рафаэль оскалился.

— Реши уже, светолюб, вампир ты или Сумеречный охотник!

— Тогда выбираю охотников. Потому что вампиры, с которыми я сталкивался, просто сосут. Извини за каламбур.

— Ты совершаешь ошибку. – Рафаэль поднялся.

— Я уже сказал тебе…

Вампир только отмахнулся.

— Приближается великая тьма. Огонь и тень падут на землю, и на остывшем пепелище не останется и следа твоих обожаемых Сумеречных охотников. Мы, дети ночи, будем процветать, ибо живем во тьме. А ты, отказавшийся от своей природы, будешь уничтожен, и никто не подаст руки, чтобы спасти тебя.