Немезида ночного ангела - Брент Уикс Страница 5

Нужно действовать сейчас, пока они не окружили его. Я не просто так выбрал стрелу с широким наконечником – видите ли, если выстрелить просто в туловище, то хвост стрелы укажет в сторону, где притаился стрелок.

Я же задумал кое-что посложнее. Если получится задеть шею парнишки широким лезвием наконечника, то стрела пролетит дальше и исчезнет во тьме. Она просвистит по воздуху, из артерии брызнет фонтан крови, и мальчик рухнет наземь, не успев усложнить мне дело, а наемники даже не поймут, откуда прилетела его смерть.

Я назвал ему цену. Я дал ему выбор. Он сам выбрал погибель.

Я притягиваю тетиву к губам. Ветра нет. При виде приближающихся наемников мальчик застыл от страха и не шевелится. Попасть будет легко.

Не знаю, стреляли вы когда-нибудь из рекурсивного лука или нет, но вот что я скажу: его очень сложно удерживать растянутым. Однако я держу.

Ведь он ребенок.

Ребенок, который защищает чудовище. Допустимая потеря.

Я вспоминаю графа Дрейка. Я записываю все это для него, надиктовываю каждое слово моему ка'кари. Граф бы ни за что не стал просить меня выйти на это дело. Он бы сказал, что я подвергаю опасности мою душу. Он бы спросил, уверен ли я в том, что совершаю это ради справедливости.

Да, уверен.

Но разве я смогу посмотреть ему в глаза и сказать, что я убил ребенка?

Я бы мог оправдать себя тем, что во время войны дети гибнут постоянно и что наша война на самом деле еще не закончилась, не может закончиться, пока не восторжествует справедливость.

Один стражник, огромный верзила, вот-вот выбежит вперед. Через два мгновения он заслонит собой мальчика.

Через одно.

Я медленно отступаю. Опускаю лук, так и не выстрелив. Изрыгаю беззвучное проклятие, снимаю тетиву и убираю оружие.

Дверь отворяется, и во двор выходит мужчина в дорогих одеждах. Я сдвигаюсь в сторону и сразу же теряю его из виду. До меня доносятся лишь обрывки разговора, вопросы, ответы. Я мельком замечаю, как кто-то яростно жестикулирует. Вышедший мужчина – явно главный среди них – допрашивает остальных.

Нет, стражники не видели условленного сигнала. Тогда почему подняли шум?

Нет, они не знают, кто этот паренек, но их только что наняли, и они вообще почти никого здесь не знают.

Затем, стоит мне подобраться настолько близко, что теперь я отчетливо слышу каждое слово, тон голоса главного меняется. Одной рукой он хватает мальчика за грудки; в другой держит мяч.

— Ты хочешь сказать, что ночной ангел говорил с тобой? И ты не подал нам сигнал?!

Стражники переглядываются, некоторые явно преисполнены сомнениями, другие – внезапным страхом.

Едва главный отпускает мальчика, на его голом скальпе вспыхивают красные символы.

Ага, красный маг. Скорее всего, это его чары я заметил над стенами усадьбы.

— Я не хотел потерять мой мячик, – жалобно ноет парнишка.

Взревев, маг швыряет мяч через стену, и тот улетает куда-то в трущобы.

Стоит ему пролететь сквозь переплетения чар, как темно-красная вспышка озаряет весь двор. Щупальца красного света пылают, как подожженный масляный след, и протягиваются к каждому окну и каждой двери усадьбы, которые через миг загораются таким же красным всполохом. Раздаются щелчки обыкновенных замков, которые сливаются с гудением оживших чар, и вся усадьба оказывается наглухо заперта.