Ночь с кровавой луной - Диана Зотова Страница 52

Весь образ в отражении говорил о роскоши, впрочем, как и всегда. Но эта чёртова шнуровка, которую я сама не в силах зашнуровать ровно, создала проблему. А я всегда точно подхожу к своему образу. Потому выдохнула, приняв, что сама не справлюсь с ровной шнуровкой, и обратилась к нашей связи с Данаром:

«Помоги мне с платьем».

Он вошёл в мою комнату, и, кажется, вся тьма сгустилась в этом замкнутом пространстве. Стало вдруг зябко, сыро и трудно дышать. Я продолжала смотреть в зеркало, даже когда он молча подошёл к моей спине и ощутимо взялся за шнуровку, перед этим медленно убрав мои волосы на плечо.

Наши взгляды встретились в отражении, когда он резко потянул за шнуровку, а я издала громкий вдох, приоткрыв губы. В его ониксовом взгляде читалось явное удовлетворение от моей реакции. Пальцы его двигались уверенно, но осторожно, словно он наслаждался каждым мгновением этого близкого контакта.

Его дыхание коснулось моей кожи, вызывая мурашки. С каждым движением корсет становился всё более идеальным, подчёркивая мою фигуру. Я чувствовала, как его пальцы едва заметно скользят по моей спине, когда он поправляет шнуровку.

Когда он закончил, в зеркале отразилась идеальная картина: бордовое бархатное платье, подчёркивающее каждый изгиб тела, роскошные локоны, обрамляющие лицо, и его тёмная фигура за моей спиной в смокинге с белой рубашкой, застёгнутой на все свои пуговицы.

— Впечатляющий выбор, — прошептал он, не отводя взгляда, и приподнял уголок рта.

Я развернулась к нему, встречаясь с его пронзительным ониксовым взглядом. В этот момент между нами промелькнуло что-то странное — то, что я не могла объяснить.

— Под стать тьме, — тихо ответила я, глядя ему прямо в глаза.

Он вдруг лениво усмехнулся и медленно потянул меня за чокер на шее к своим губам, а потом, намеренно касаясь их, прошептал:

— Под стать мне.

Отстранился, надавил на мою нижнюю губу большим пальцем, приоткрыв свои губы, скользнул по моему лицу своими ониксами. А после, хмыкнув, покинул комнату и через плечо бросил:

— Нам пора.

Я стояла неподвижно, чувствуя, как его прикосновение всё ещё горит на моей коже. Его близость, его прикосновения… Они вызывали во мне противоречивые чувства, которые я не могла понять.

Глубоко вздохнув, я взяла себя в руки и направилась к выходу. Сев в его машину на переднее пассажирское сиденье, наблюдала, как Данар медленно надавил на газ, плавно отъезжая от дома.

— Мне необходимо напомнить тебе, чтобы рядом держалась? — спрашивает он, вытаскивая губами сигарету из пачки.

— Я в состоянии сама за себя постоять, — отвечаю, смотря на него искоса.

— Да, но не в количестве, а там каждый желает тебя поиметь. Твоя сила не безупречна, — хмыкает он и откидывает голову на подголовник, держа руку с сигаретой на двери.

— Ради меня против стаи пойдёшь? — хмыкаю я.

— Если рядом будешь, то на меня никто не посмеет пойти, — хмыкает он.

— Твоя семья знает о твоей силе? — спрашиваю тихо и смотрю в окно.

— Знаешь только ты, — отвечает он таким же тоном, — даже старейшины не знают, — хмыкает он.

Я вздыхаю, понимая, что он совершенно ничего не знает. Не знает, что будущее конклава, что старейшины знают о нём всё, и что на нём та самая метка, которая дала ему бессмертие, как и мне. Он ведь даже не подозревает, что его ждёт, а я должна стать той, кто направит его на правильный путь…