Среди змеев - Марк Дж. Грегсон Страница 53

Родерик аж позеленел, Китон закрыла глаза, а Арика стоит потупившись.

— А в чем дело-то? – сбитый с толку, поднимает руку Громила. – Это же война, и они напали на нас. Король Ульрик, конечно, скотина, но он верно говорит.

— В тебе что, совсем нет сострадания, Громила? – спрашивает Китон.

— Сострадания? – смеется в ответ тот. – Эти грязееды убили тысячи невинных.

— Да что за брань, приятель? – взрывается Родерик. – Мы все знаем, как их зовут на самом деле. Или ты и Брайс будешь называть грязеедом?

— Точно, – смотрит на Громилу Китон. – Вдруг среди пленников есть такие, как она? В смысле, хорошие люди.

Онемев ненадолго, Громила отвечает:

— Если бы они были как Брайс, то не стали бы бить нас, безоружных, и не бросили бы Родерика помирать в камере.

В комнате становится тихо.

— Просто взять и убить за молчание… – произносит наконец Китон. – Однако держать их в плену мы не можем. Еды не хватает, оружия мало… Нам всего недостает.

— Тем больше причин устранить гря… лантиан, которые не заговорят сразу, – отвечает Громила. – Я сам допрошу их, раз уж у вас, лотчеров, кишка тонка.

— Тебе правда не терпится убить их? – спрашивает Родерик.

— Мы даем этим людям выбор. Пойдут навстречу – останутся жить. Если нет… Про совесть можно смело забыть. Это у нас нет вариантов, а они хотя бы могут выбирать.

— Раз уж Громиле так хочется заняться допросом и экзекуцией, – произносит Арика, – я за то, чтобы дать ему волю. Пусть берет грех на душу.

Покраснев, Громила поворачивается к ней, но ничего не говорит.

— Как насчет того, чтобы оставить лантиан на ближайшей Охотничьей заставе? – предлагает Родерик.

— Нельзя тащить шестнадцать лантиан на заставу, – возражает Китон. – Там их тоже убьют.

Родерик растирает лоб.

— И отпустить их – не выход. Вдруг они, оказавшись на воле, прикончат кого-нибудь. Как нам тогда с этим жить?

Я поигрываю с набалдашником трости, вспоминая отцовские наставления: «Если вдруг ощутишь жажду милосердия, разбуди в себе ненависть. Ничто не должно встать на твоем пути к возвышению. Ни друзья, ни весь мир. Ослабишь защиту, пусть даже на миг, и тебя спустят в Низину».

Однако стоит вспомнить, когда именно отец сказал мне эти слова, и в голову приходит мысль. Есть альтернатива. Не идеальная и совесть нашу целиком не очистит, зато судьба пленников окажется в их собственных руках.

Объясняю команде задумку, и они тихо выслушивают меня. Никто не возражает, только Арика смущенно переминается с ноги на ногу.

Это единственный выход.

— Разве лантиане не управляют зверьми? – спрашивает Громила. – Они ведь командуют горгантавнами, тортонами и прочими монстрами.

— Нет, эти им не подчиняются, – говорю я.

В каюте повисает тишина. Радости никто не испытывает, но и расстроенных нет. Настоящий компромисс – это когда ни одна из сторон не довольна полностью.

— Китон, Громила, – наконец произношу я, – отправляйтесь в рубку и сверьтесь с картами. Вдруг что-то найдется.

Они уходят, а Арика приближается ко мне.

— Капитан, лантиане принесли с собой на борт лишь небольшой запас еды. Я разделила его на команду, но для пленников уже не хватит. Приготовлю обед из того, что есть. – Она делает паузу. – Надеюсь, нас потом не стошнит.

Когда и она уходит, Родерик обращает на меня взгляд: