Бабочка на золотой шпильке - Алексей Котейко Страница 59

— Мне остаётся отыскать браслеты и брошь.

— Ими могли расплатиться в любом другом притоне до, или после, – заметил Ла-Киш.

— Могли. Но точно так же они могли попасть в руки этой Лилии. Либо всё ещё остаются при ком-то из подозреваемых.

— Где вы сейчас?

— В пабе «Серебряная ракушка». Это на юг от главной площади Пти-Пре, по левую руку.

— Оставайтесь там. Я за вами заеду.

— Мне кажется, это не самая удачная идея, – заметил Лайош. – Получится слишком долго. Лучше мы встретим вас на Тюремной Горке. У последней трамвайной остановки.

— Хорошо. Мы с сэром Хаффемом выезжаем немедленно.

* * *

Последняя трамвайная остановка Тюремной Горки располагалась на площади Второй Империи. Название это площадь получила из-за того, что именно здесь в своё время произошли последние бои между захватившими столицу революционерами и войсками лоялистов, вернувшими власть императору. Однако в народе за этим местом закрепилось другое название: площадь Палачей. В память о павших на баррикадах повстанцах, а заодно и об эшафоте, стоявшем тут ещё каких-нибудь сорок лет назад.

Помост для казней с тех пор снесли, построив взамен разворотное кольцо для трамваев. Однако среди местных жителей до сих пор ходили легенды о призраках казнённых, появляющихся в новолуние внутри круга из рельсов. Те, кто считал себя очевидцами, уверяли, будто процессии обезглавленных, колесованных и повешенных духов шествуют от прежнего эшафота к небольшому скверику на восточном краю площади. Туда, где когда-то стоял дом палача.

Ни Лайош, ни Равири суеверными не были, однако когда они уселись на скамейке в том самом сквере, сыщик сунул руки в карманы пальто, избегая касаться чего-либо. Драконид сочувственно посмотрел на него:

— Тут настолько плохо?

— Да нет, – Шандор зябко передёрнул плечами. Потом движением подбородка указал на трамвайное кольцо. – Есть места и похуже. Но всё равно: сидеть тут приятного мало.

На задворках сквера, по ту сторону узкой улочки, помещался последний ряд домов Тюремной Горки, тыльной стороной выходивших прямо на канал. Кое-где при них имелись небольшие дворики, но большинство зданий стояли прямо у кромки воды, и кирпич стен успел позеленеть от постоянно взбирающейся наверх сырости. Обитатели этих домов сами вполне могли бы сойти за привидений – болезненные, измождённые, никогда не улыбающиеся. Они перебивались случайными заработками, тщетно пытаясь сопротивляться трясине большого города, которая неумолимо затягивала всех без разбора.

Компаньоны перешли канал по одному из шатких самодельных мостиков, и уже в простенке между двух зданий столкнулись с тремя обитателями Тюремной Горки. В полумраке можно было разглядеть лишь косматые нечёсаные бороды да низко нахлобученные кепки. Фигуры замерли, будто присматриваясь к незваным гостям. Лайош с демонстративным спокойствием опустил руку в карман пальто и чуть приподнял ткань. Со стороны в самом деле могло показаться, что сыщик приготовился пустить в дело револьвер. Троица переглянулась и отступила в сторону, пропуская человека и драконида. Вплоть до выхода на улицу Равири шёл первым, высматривая, нет ли кого впереди, а Шандор пятился, не выпуская бродяг из виду. Впрочем, преследовать компаньонов никто не стал.

— Вряд ли домовладелец знает новый адрес этих двоих, – заметил Те Каеа, покачивая не достававшими до земли ногами.