Мастер Темного Пути. Том 1 - Мосян Тунсю Страница 59

— В таком случае следует его усмирить, а при необходимости – уничтожить, – ответил Лань Ванцзи.

— Какое расточительство, – тонко улыбнулся Вэй Усянь. Помолчав, он добавил: – Вообще-то я знал ответ, просто думал над четвёртым способом.

— Ни о каком четвёртом способе я никогда не слышал, – заявил Лань Цижэнь.

— Понятно, что палач превратился в свирепого мертвеца: это следует из того, как он умер, – продолжал Вэй Усянь. – Но раз при жизни он казнил более сотни человек, почему бы не раскопать их могилы, не пробудить в них обиду и не собрать их вместе, чтобы использовать в борьбе со свирепым мертвецом…

Лань Ванцзи наконец повернулся и посмотрел на него. Лицо его оставалось всё таким же бесстрастным, лишь брови слегка нахмурились.

— Невежда! – закричал Лань Цижэнь; он так разгневался, что даже его козлиная бородка затряслась.

Ученики замерли в изумлении.

Лань Цижэнь так и подорвался с места:

— Мы укрощаем демонов и истребляем злых тварей именно для того, чтобы наставить их на путь истинный! Ты же предлагаешь пробуждать в них обиду! Не только перевернул всё с ног на голову, но и попрал основы морали!

— Некоторых тварей наставлять бесполезно, так почему бы не найти им применение? – возразил Вэй Усянь. – Когда Великий Юй[28] обуздывал воды потопа, изменение русла рек оказалось лучшим решением, а возведение насыпей – худшим. Усмирение – это те же насыпи. Так, может, и нам стоит… – Лань Цижэнь швырнул в него книгой, но Вэй Усянь ловко увернулся и с невозмутимым видом продолжил нести чушь: – Духовная сила – светлая энергия. Сила обиды и ненависти – тёмная энергия. Светлая энергия накапливается в даньтяне[29] и позволяет раскалывать горы и осушать моря. Если её можно использовать, почему тёмную нельзя?

В тот же миг от Лань Цижэня прилетела вторая книга.

— Тогда ответь мне вот на какой вопрос! – сурово потребовал он. – Можешь ли ты поручиться, что тёмная энергия будет тебе послушна и никому не причинит вреда?

— Об этом я пока не думал! – признался Вэй Усянь, увернувшись от очередной книги.

— Только подумай – и мир совершенствующихся сотрёт тебя с лица земли! Вон! – в ярости заорал Лань Цижэнь.

Вэй Усянь только этого и ждал.

Полдня счастливчик слонялся по Облачным Глубинам и груши околачивал, а когда уроки подошли к концу, ученики еле его отыскали: он сидел на черепичном карнизе высоченной стены и пожёвывал травинку. Подпирая щёку правой рукой, он облокотился на одну ногу, а вторую свесил вниз и покачивал ею в воздухе.

Юноши столпились у стены и начали ему махать.

— Братец Вэй! Ну ты даёшь! Старикан велел тебе убираться вон, а ты и убрался! Ха-ха-ха!..

— Он даже не сразу понял, что произошло. А потом аж позеленел от гнева!

— Какой вопрос, такой и ответ. Он сказал убираться вон – я убрался. Чего ещё ему от меня надо? – отозвался Вэй Усянь, держа в зубах травинку.

— Почему мне кажется, что с тобой старикан особенно строг? Только тебя и ругает, – заметил Не Хуайсан.

— И поделом, – хмыкнул Цзян Чэн. – Что за ответ такой? Ладно дома, но городить всякую чушь перед Лань Цижэнем?

Точно смерти ищет!

— Ему бы любой ответ не угодил, так почему не сказать всё как есть? Да и не пытался я его задеть – просто говорил что думаю.

Немного поразмыслив, Не Хуайсан переменился в лице: теперь на нём разом отразились зависть, восхищение и надежда.