Десять погребальных нот - Ирина Голунцова Страница 60

— Она ищет вас? – проигнорировав ироничное замечание, уточнила Хань И.

— Не знаю, – пожал плечами Шу Дуньжу. Выглядел он весьма озадаченным и напряжённым, что говорило о его отношении к появлению чиновницы. – Владения третьего судилища находятся на юго-востоке, а Ди Хухо редко спускается сюда. Хотя она не подчиняется главам судилищ.

— А кому тогда?

— Той, кто над ними.

Хань И ожидала более подробного ответа, однако Шу Дуньжу умолк, с мрачным видом посматривая из-за бамбуковой шторки на улицу. Она обернулась к Юнь Сяо, но тот демонстративно отвернулся, делая вид, что потёртая дверца кареты интересовала его куда сильнее.

Больше деталей выяснить не удалось. Обратную дорогу до постоялого двора Хань И обдумывала полученную информацию и, как бы ни пыталась себя убедить в её ценности, всё равно ощущала себя слепой птицей. Шу Дуньжу ни словом не обмолвился о том, что их связывает с Юнь Сяо, стало быть, нет никакой гарантии, что сами они не окажутся демонами.

По возвращении в зал они обнаружили растянувшегося на циновке Нань Гуацзы, спавшего крепким сном младенца. Грязь исчезла с лица и рук, волосы потемневшими мокрыми прядями разметались по подушке, а хлопковое исподнее и аромат свежести подсказывали, что он недавно мылся.

— Здесь неподалёку есть общественная баня, – пояснил Шу Дуньжу. – Возможно, молодой господин Хань как раз там.

— Да и нам бы баня не помешала, – вздохнула Хань И. – Идите, я схожу последней. А то как-то не хочется этого одного оставлять.

— Неужели опасаешься за его жизнь? – полюбопытствовал Юнь Сяо.

— Боюсь, как бы нас не обобрали. Он даже не проснулся, когда мы пришли. А зайти мог кто угодно.

Юнь Сяо только хмыкнул, выражая согласие.

Пока мужчины отсутствовали, Хань И решила провести инвентаризацию рюкзака. Несколько сухпайков, давно опустевший термос, сухие носки и перчатки, горелка и баллон с газом, разные мелочи и одежда. Невесело глянув на циновку, Хань И пожалела, что выкинула спальный мешок, в котором было бы в разы уютнее и теплее, однако перевес стал бы для неё излишней проблемой. Зато при ней остался пауэрбанк, так что она решила подзарядить телефон. Режим самолёта помогал экономить батарею, – хотя было бы забавно дозвониться до матери из ада, вот вышла бы шутка.

Слушая тихий шум, доносящийся с улицы под темнеющим небом, Хань И зажгла лампы, а затем вернулась к телефону. Она поразилась тому, что Нань Гуацзы продолжал спать да ещё в такой смешной позе, ни на что не реагируя после пережитого ужаса. Хмыкнув, Хань И включила камеру и сфотографировала его, – если удастся выбраться, будет что вспомнить. Либо все вещи останутся тут, и она уже переродится в другом теле…

— Вот ведь, – нахмурилась Хань И, глядя на смазанный снимок. Ещё пара попыток не увенчалась успехом, силуэт Нань Гуацзы получился смазанным, каким-то чёрным и расплывчатым. Похоже, души умерших не так-то просто запечатлеть даже на хорошую камеру.

Дождавшись, когда вся братия вернётся, Хань И, уже поздним вечером, отправилась в общественную баню. Последнее, что она успела увидеть, – это как проснувшийся Нань Гуацзы снова начал приставать к Хань Цзишэ. Пожелав племяннику удачи с новообретённым другом, она отправилась приводить себя в порядок.

Поначалу Хань И немного пугало, что они тотчас не сорвались с места, раз Ди Хухо вызвала у Шу Дуньжу и Юнь Сяо сильное опасение. Чиновница могла находиться тут по рабочим вопросам, да и не выглядела она так, словно желала устроить погоню. Город третьего судилища довольно большой, а постоялый двор располагался далеко от судебного ведомства. К тому же это проблемы странной парочки, а у Хань И и своих было немало.