Мои дорогие привидения - Алексей Котейко Страница 61

— Ладно. Ещё что? – снова повернулся он к писателю.

— Да разное всякое, – пожал тот плечами. – Не только художественную литературу. Я в принципе любил читать. У меня и сейчас на полках художка занимает меньшую часть. А так – научпоп, география, история, море…

— Море?

— Ну, плавания, корабли, морские исследования.

— Только шторма мне на мысе Горн и не хватало для полного счастья, – проворчал Баюн.

— Успокойся. Не собираюсь я ни в какой шторм, и вообще, ни в книгу, ни в фильм. Вы же сами сказали, что делать там нечего. Ведь правда нечего? – он с прищуром посмотрел сперва на кота, потом на кикимору. Те дружно и энергично закивали.

— Значит, закрыли тему. Теперь посидите тихонько, дайте сосредоточиться.

Фёдор замедлился. Потом и вовсе начал печатать каждый шаг, будто ставил точку после длинной развёрнутой мысли. Пройдя туда-сюда раз шесть-семь, писатель спокойно двинулся к двери, легко трижды провернул ключ и распахнул её.

— О-ох! – вырвался восхищенный вздох у Насти.

— Нормально, – удивлённый Баюн рассматривал открывшийся пейзаж.

— Вроде получилось, – заметил Федя, перешагивая порог.

Кот и кикимора выбрались следом. Писатель повернулся закрыть дверь – и обнаружил, что в этот раз она была дверью пляжного павильончика. С фасада павильончик украшали надписи иероглифами и огромное изображение чего-то очень похожего на французский багет, разрезанный вдоль и до отказа набитый начинкой. По случаю раннего часа павильончик был закрыт, жалюзи на витрине опущены.

А впереди, подсвеченное поднимающимся рассветным солнцем, раскинулось море.

— Где мы? – тихонько спросила Настя. – И когда?

— Май, года два-три тому назад. Это Вьетнам, – Фёдор неуверенно огляделся по сторонам. – Какой тут город рядом, в точности не скажу.

— Почему вдруг Вьетнам?

— Хотел в те годы сюда съездить. Но пока суть да дело, грянули очередные перемены. Цены сразу взлетели, стало слишком дорого лететь, – парень покосился на кота. – Как заметил месье Баюн, если денег нет – ищут поближе и подешевле.

— Это вовсе не в укор было сказано, – отозвался тот.

Они втроём неспешно побрели по песку к воде.

— Тебе нравится Азия? – уточнила Настя.

— Да не так чтобы… Ну, есть вот кто по Японии тащатся – культура, традиции, язык. Кто-то китайский учит, старается в Китай уехать, работа там, бизнес. А мне просто хотелось попутешествовать.

— Так есть же Таиланд, например. Страна заинтересована в туристах.

— Именно что. Хотелось менее натоптанные тропки. Ну и к тому же где туристы – там и ценники сразу туристические. А мне не надо одинокого осьминожку с изысканной подачей. Пусть будет просто бумажный пакетик, но чтобы полный жареных щупалец!

— Ясно, – вынес вердикт кот. – Пожрать наш сочинитель хотел. Поехать к морю, чтобы налопаться морепродуктов.

— Виновен, – усмехнулся Федя.

— А май – любимый месяц? – поинтересовалась Настя. Она уже сняла босоножки и с удовольствием наблюдала, как при каждом шаге песчинки пересыпаются между пальцами.

— Мой склероз, – вздохнул писатель. – Помню, что во Вьетнаме сезон дождей, а когда – не помню. К тому же, кажется, он у них не только по времени, но и по регионам различается. Поэтому май – компромисс.

— Почти получилось, – кот кивнул на небо к югу. Оттуда медленно, но настойчиво, двигалась огромная туча.