Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина Страница 62

— Сильно досталось? – Пока я пялился на труп, фейри, оказывается, разглядывал меня. Сам он выглядел уже почти привычно, только тени под глазами стали гуще, придавая усталый вид. В голосе его, скрываясь за обычной развязностью, сквозило напряженное беспокойство. Да и смотрел он на меня так, будто ожидал, что я вот-вот отшатнусь в ужасе.

Я пожал плечами.

— Не слишком. Ты очень вовремя появился.

Он фыркнул, встряхнул волосами, сунул руки в карманы – и окончательно стал собой.

— Как и всегда, золотце. Этот, – небрежный кивок в сторону мертвеца, – тебя больше не побеспокоит. Идем?

— А его оставим тут?

— Ты так к нему привязался, что хочешь забрать с собой? – ухмыльнулся Донни. – Пусть Моретти им занимается или полиция. Людей должны хоронить люди.. даже таких вот. Чего он, кстати, от тебя хотел?

Я остановился, достал свирель и протянул ее фейри.

— Вот... Для чего, не знаю. Она зачарованная?

Донни задумчиво провел пальцем по блестящему серебристому корпусу инструмента.

— Нет, золотце. Это просто память. Об одном человеке, – всего на долю мгновения печальная улыбка отразилась на его лице – и он продолжил путь как ни чем не бывало. А я так и остался стоять со свирелью в руках. Пришлось его догонять.

— Держи! – я снова протянул ему инструмент.

Странный, должно быть, это был человек, если память о нем не хочется получить обратно.

Фейри окинул меня внимательным взглядом, качнул головой и ухмыльнулся.

— Не нужно. Считай, что она твоя.

«И что мне с ней делать?»

С другой стороны, отказываться было как-то неловко.

Минуту-другую мы шли молча. Понятия не имею, о чем думал мой спутник. В моей же голове множились, наползая один на другой, бесконечные вопросы: «Зачем колдуну понадобилась свирель? О чем он хотел со мной поговорить? Знает ли он Донни? Что он имел ввиду, говоря, что у нас много общего? Почему фейри назвал его «пустой оболочкой»? Последний вопрос я и озвучил.

— Слабый колдун, позволяющий управлять своим сознанием сильному, превращается именно в нее – скорлупа, шелуха, не более. Тот, кто стоял за ним, просто разорвал между ними связи, когда понял, что ему не выиграть.

Я чуть не сбился с шага. Сразу стало понятно совершенно нетипичное поведение «финансиста»: дело не в притворстве, а в том, что его устами говорил кто-то совсем другой. Тогда снимался вопрос и о том, почему даже наш босс не заподозрил в этом человеке сильного колдуна – он им и не являлся...

Но дело было не только в этом. Слишком хорошо помнилось мне ощущение бессилия, когда фейри приказал мне пустить себе пулю в висок. Как там ...«У нас ведь особые отношения, правда?»

Вот тут я, признаться, струхнул.

— Ты ведь тоже можешь управлять моим... сознанием? – Да, актер из меня не очень: как я ни пытался казаться спокойным, голос сорвался и выдал мое внутреннее напряжение с головой.

Донни тут же остановился и удостоил меня таким удивленно-возмущенным взглядом, будто я спросил, не ест ли он по ночам младенцев.

— Давай-ка проясним один момент, золотце. Тот, о ком мы говорили, при первой же опасности избавился от своего ученика как от ненужного хлама. Я же, как видишь, здесь... – «Бросил все, как только ощутил на тропе твой след и твою кровь» – этого он не произнес, но мы оба знали, что он имеет ввиду именно это. – Видишь разницу?