Скромница и Сердцеед - Лана Ежова Страница 63

— Нет, я ими наслаждаюсь, – отозвалась известной шуткой.

А если честно, то воспоминания о том, как я попалась пастору, были скорее неприятными, чем жуткими, но сегодня снилась почему-то мерзкая муть.

Сейчас, оглядываясь назад, я даже благодарна Садовнику за науку, которая сделала меня той, кем я есть.

Попавшись на неожиданной помощи Алле, я решила: все, начнется обучение как куртизанки и я в итоге превращусь в вечно голодную до секса девицу, готовую лечь с любым ради энергии… Мой непрекращающийся кошмар с тех пор, как узнала, что я суккуб-полукровка.

Я ошибалась. Садовник пытался вырастить особый «цветочек», и лишь те девушки, которых он определял как отработанный материал, бездарей, шли постигать искусство соблазнения.

— Полукровка амори своему голоду не хозяйка, – заявил мне тогда Зиновий. – Она не умеет держать его в узде, как чистокровная, не может тянуть энергию из эмоций, не вступая в близкий физический контакт, как чистокровная высшая амори. У тебя три пути. Первый – это получать подпитку от покровителя-инкуба и за это выполнять все его требования.

— Добровольное рабство, – мрачно обозвала я этот вариант.

И он совсем мне не подходил. Наверняка все инкубы такие, как Зиновий, а то и хуже.

— Второй путь – тянуть энергию с одного любовника-сверха или со многих, если они простые люди.

Угу, эдакий эскорт в мире сверхов. Мне тоже не подходило.

Зиновий продолжил, буравя меня внимательным, тяжелым взглядом:

— И третий путь – попытаться стать высшей, то есть научиться контролировать свою силу, свой голод и подпитываться на расстоянии, собирая отблески эмоций.

А вот это уже интересно!

— Где собирать эти отблески?

Зиновий довольно усмехнулся.

— Высшие амори питаются от своих поклонников. Певцы, актеры, журналисты, спортсмены, танцоры… все-все профессии, где возможно преклонение и восторженные почитатели, – это угодья сидхе страсти. Так что не переживай, найдешь свою нишу.

Он сделал длинную паузу – прям драматический артист!

— Но только если сумеешь преодолеть ущербность полукровки. – Он задумчиво добавил, барабаня пальцами по острому подбородку: – Плохо, что сила пробудилась из жалости, уж лучше бы это была классическая страсть.

Меня озарило.

— Охранник, признающийся в любви, – это подстава?

Зиновий смерил меня недовольным взглядом.

— Провокация, ловушка. Учись говорить красиво, ты же амори.

Как по мне, иногда сленг и жаргон тоже звучат классно, добавляя речи остроты.

— Старайся, Элеонора, и, когда станешь высшей, я с гордостью отпущу на свободу.

— А многим полукровкам удается стать высшими?

Зиновий мрачно произнес:

— Полукровки не становятся высшими, если много болтают. Иди спать! В шесть утра начинаются тренировки.

Впервые приказ Садовника не вызвал в душе негодования. У меня появилась цель, забрезжила надежда.

Позже я узнала, что ни одна полукровка не перешагнула в разряд высших, как ни бились над задачей амори. В итоге сидхе оставили эту идею и старались не заводить детей от людей. И только Садовник продолжал попытки из полукровки сделать высшую и организовал для этого школу.

Но тогда я не знала, поэтому верила в успех и старалась изо всех сил…

— Элис! – Ева пощелкала пальцами перед моим носом. – Ты спишь с открытыми глазами или просто не хочешь разговаривать?