Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс Страница 67

Ещё одна группа — молодожёны, судя по всему — с восторгом наблюдала, как целая процессия кошек направляется к какой-то двери, где их уже ждали миски с едой. Животные чувствовали себя здесь полноправными хозяевами и вели себя соответственно.

Я усмехнулся и зашагал дальше. Хорошее место. Живое.

Отель уже виднелся впереди. Я подошёл к двери и, заметив приближающуюся семью — отец, мать и маленькая девочка, забавно сопящая от усердия, — придержал тяжёлую створку, пропуская их внутрь.

— О, спасибо, молодой человек! — улыбнулась женщина.

Девочка на ходу обернулась и помахала мне. Я подмигнул ей в ответ.

Семья направилась к стойке регистрации, а я, лениво переставляя ноги, поплёлся к лестнице. Лифтов тут не было — старый город, старые традиции. Но мне не привыкать.

Поднявшись на свой этаж, я толкнул дверь номера.

Картина, открывшаяся глазам, заставила меня внутренне улыбнуться.

Завтрак уже принесли — на столике у окна красовались тарелки под серебряными крышками, чашки, вазочка с цветами. А по комнате, в лёгком утреннем беспорядке, ходили мои девочки.

Мария стояла перед зеркалом и поправляла волосы. На ней были только трусики — с забавным принтом Сквиртоника, розовые, с мордочкой этого вечно удивлённого зверька, — и белый лифчик. Выглядело это настолько неожиданно и мило, что я фыркнул про себя.

Лана в это время, натянув мою футболку — она болталась на ней, прикрывая трусики, — скользнула в ванную. Дверь закрылась, и через секунду оттуда послышался шум воды.

— Доброе утро, — сказал я, закрывая за собой дверь.

— Доброе, — хором отозвались девушки. Голос Ланы донёсся сквозь шум душа, приглушённый, но весёлый.

Мария отошла от зеркала, сладко зевнула, прикрывая рот ладошкой. Глаза ещё сонные, но улыбка уже тёплая.

— Ты уже куда-то уходил? — спросила она, кивая на мою одежду.

— Ага. Вышел пройтись чуток, — я мотнул головой в сторону окна. — Город посмотреть. Там красиво.

Мария перевела взгляд на столик с завтраком, и её глаза чуть расширились.

— Йогурт мой, — сказала она с лёгкой ноткой детской радости, указывая на знакомую баночку.

— Тебе и заказывал, — ответил я, улыбнувшись.

Мария посмотрела на меня. Её зелённые глаза наполнились такой теплотой, что у меня внутри всё сжалось от нежности. Она улыбнулась — открыто, светло, совсем не так, как умела раньше, с холодком и напряжением.

— Спасибо, — прошептала она и, подойдя, чмокнула меня в щёку.

Я обнял Марию, прижимая её к себе. Она была такой тёплой, такой родной после сна. Мои руки скользнули вниз, по её спине, забираясь под трусики с этим дурацким Сквиртоником. Ладони легли на её ягодицы — аккуратные, упругие, идеально помещающиеся в мои руки. Я начал нежно мять их, чувствуя, как она выдыхает мне в шею.

— Даа, Рооб, — протянула Мария, чуть выгибаясь. — За ночь никуда не делось.

— Всё равно надо проверить, — улыбнулся я, продолжая свои исследования.

Она улыбнулась в ответ — той самой тёплой, открытой улыбкой, которую я успел полюбить. Потом потянулась ко мне, и наши губы встретились.

Поцелуй был лёгким, утренним, но в нём уже чувствовалось обещание. Я целовал её медленно, смакуя, и одновременно чуть приспустил её трусики, оголяя ягодицы.

— Дааа, Рооб, — выдохнула она мне в губы. — У нас же завтрак. А потом мы гулять пойдём.