Начало пути - Илья Ангел,Алекс Ключевской Страница 68

Митя немного поёрзал на стуле, но взгляд от меня тоже не отводил. Потом, успокоившись, снова скрестил руки на груди и, гадко усмехнувшись, произнёс:

— Но сейчас-то твоего дружка здесь нет. А раз ты только и делаешь, что треплешь имя Гаранина направо и налево, то сам маловато можешь. Разве я не прав?

Я злобно уставился на него: вот какого хрена он к нам привязался? Сидел бы и жрал свой обед! Мы же к ним первые не лезли.

Митя прищурился, но глаз от меня не отвёл. Наша дуэль взглядов длилась недолго. Вначале мне показалось, что зрение раздвоилось, а потом в фокусе остались только его глаза. Голову пронзила острая боль, всё внутри словно опалило жаром, и перед глазами замелькала череда картинок: Митя стоит на кладбище перед свежей могилой и рыдает, как мальчишка. Через секунду картинка сместилась на другую: молодая женщина, похожая на него, стоит перед человеком в чёрном плаще с капюшоном. Капюшон полностью закрывает его лицо. Мгновение, и женщина падает замертво, оплетённая голубыми нитями. В то же время Митя подбегает к ее телу, а маг что-то коротко ему говорит и, молча разворачиваясь, уходит. Ему в спину летит нож, но он, не поворачивая головы, одним движением руки отмахивается от него, не прерывая шага. Следующая картинка: лесоруб с этой самой женщиной сидит за одним столом. Они о чём-то мило беседуют, смеются.

Голова закружилась, и я с огромным трудом заставил себя оставаться в вертикальном положении. Свет замерцал. Испуганный Егор подставил своё плечо, и мне стало стоять намного комфортнее. Провёл рукой по лицу, но следов крови на нём не обнаружил. Вот ведь. А Рощин говорил, что спонтанно больше не получится.

Вдохнуть и медленно выдохнуть. Свет перестал мигать, и я обвёл взглядом притихшую толпу и бледного, как мел, дровосека. Половина ламп погасла, зато другая половина продолжала работать в штатном режиме. Лесорубы начали понемногу расслабляться, но смотрели на нас уже не презрительно, а слегка настороженно.

— Знаешь, я могу понять твоё отношение к магам, — я серьёзно смотрел на всё ещё не пришедшего в себя парня. — Маньяков и неадекватов гораздо больше среди обычных людей, можешь мне поверить. Хотя я видел слишком мало, чтобы судить о том, что произошло. Не исключено, что это именно ты во всём виноват. Почему-то мне кажется, что таким самоуверенным и не следящим за своим языком ты был задолго до того, что произошло. И знаешь, ты столкнулся не с сильнейшим, и, судя по тому, что я увидел, даже не с особо сильным. И ты ничего не смог ему сделать, так что не сотрясай больше воздух своей пустой болтовнёй — это раз. И второе: никогда не смотри в глаза магу, ведь он может оказаться менталистом.

— Да кто ты такой, дьявол тебя раздери? — разлепив пересохшие губы, спросил он.

— Поверь, тебе лучше не знать.

— Так, хватит нас пугать, сказочник! И то, что ты что-то умеешь, можешь нам больше не доказывать, увидели уже, — хозяин хлопнул по раскрытой ладони полотенцем и махнул им в направлении лестницы. — Идите на третий этаж, номер триста восемь. Держи ключ, сказочник. — И он протянул мне обычный ключ от самого обычного английского замка.

— Почему я сказочник? — я удивлённо посмотрел на Егора и слегка расслабившуюся Ванду.

— Ну так, Гаранина обещал сюда позвать. Ещё скажи, что Лазарева вызовешь, чтобы этих недоумков поучить, — хозяин хохотнул, а мы с Гвэйном переглянулись. Оборотень закатил глаза, а я задумался. Да это хозяин классно сказал, особенно про Лазаревых. Будем считать, что уж позвал и проучил кого нужно.