Мама, я не хочу быть Злодеем - Александра Король Страница 71

Город оказался на удивление живописным: старинные особняки с лепниной, мощеные площади, фонтан с каменными драконами в центре. Я запоминала каждую деталь, лишь бы не думать о мужчине, сидящем напротив.

А когда мы выехали за город, я занервничала.

Куда, чёрт возьми, Эйбрахам нас отправил?!

Дорога стала уже, экипаж трясло на ухабах. Реймонд по-прежнему молчал, но его челюсть была напряжена, а пальцы впились в сиденье. Он тоже был не в восторге от этой поездки. Может, даже больше, чем я.

Наконец экипаж остановился. Я выбралась самостоятельно — никто не подал мне руки, никто не предложил помощи. Реймонд уже стоял в стороне, хмуро оглядывая территорию. Его взгляд был тяжёлым, недовольным, словно он только что подтвердил свои худшие подозрения.

Я тоже осмотрелась.

За нами раскинулся зелёный луг, усыпанный полевыми цветами. Перед глазами — невысокий штакетник и распахнутые ворота, будто приглашающие войти. Вдалеке виднелись аккуратные деревянные постройки, между ними вились дорожки из мелкого щебня. Пахло свежестью, травами и чем-то ещё — тёплым, уютным, почти домашним.

Что это за место?

— Кэтрин, ты не меняешься, — Реймонд бросил эти слова, как пощёчину, и шагнул за ворота, даже не обернувшись.

— О чём ты? — я растерянно посмотрела ему вслед.

Но он уже скрылся за поворотом дорожки.

Я подошла к информационному щиту, прикреплённому к штакетнику. На нём было написано: «Питомник золотистых синбулов».

И что это за зверь?

Забор был мне по грудь — невысокий, скорее декоративный. Значит, ничего опасного внутри не водилось. Я перешагнула порог и пошла на звук: где-то в глубине питомника слышался то ли скулёж, то ли весёлый лай.

Так здесь разводят собак?

Реймонда нигде не было видно. Я завернула за административное здание и замерла.

Передо мной был открытый вольер, за низкой оградой копошились маленькие золотистые комочки. Щенки. Такие мохнатые, что издалека невозможно было разобрать, где у них глаза, уши и хвосты. Они пищали, возились, катались по траве, и сердце моё растаяло в одно мгновение.

А перед вольером, на корточках, сидел Реймонд.

Он что-то ласково говорил щенкам, протягивая руку, чтобы кто-то из них лизнул его пальцы. Его лицо в этот момент было совсем другим — мягким, почти беззащитным. Я никогда бы не подумала, что этот хмурый, напряжённый мужчина способен так смотреть на животных.

А он оказывается любит собак.

Я не стала мешать. Тихо, стараясь не шуметь, пошла дальше, туда, где лай слышался громче.

Второй вольер был крытым. Внутри — ряд просторных «комнат» с дверцами. В них сидели взрослые особи.

И вот они уже не казались такими милыми и безобидными.

Крупные, мощные, с вытянутыми мордами. Некоторые прыгали на дверцы, которые выглядели не слишком надёжными.

У меня перехватило дыхание, и первым порывом было развернуться и уйти. Но я заставила себя присмотреться повнимательнее.

Ни на одной морде не было признаков агрессии. Наоборот — собаки виляли хвостами, высовывали языки, явно прося внимания.

Самый крупный — лохматый золотистый красавец — встал на задние лапы, положив передние на дверцу. Он смотрел на меня умными, внимательными глазами.

— Какие вы все красивые, — прошептала я, переводя взгляд с одной собаки на другую. — А ты, наверное, самый смелый из них? Хочешь, чтобы я тебя погладила?