Гавани солнца - Марта Уэллс Страница 78

Все посмотрели на Жемчужину. Ее шипы раздраженно дрогнули, и Стужа решила, что это недобрый знак. Жемчужина взглянула поверх головы Стужи на Уголька, затем на Стужу. Шипы юной королевы напряглись, и она приготовилась к худшему.

— Своим поведением ты не всегда заслуживала такой милости, – произнесла Жемчужина.

Шипы Стужи поникли. Затем Жемчужина добавила:

— Но Почка говорила мне, что ты стала разумнее. Если будешь вести себя тихо и говорить, только когда к тебе обратятся, можешь присутствовать.

Так что вскоре Стужа сидела на подушке рядом с Селадонной вместе с Крестцом, Душой, Бубенчиком и Набатом, и все они наблюдали за Жемчужиной, ожидая появления других королев. Гребешки Стужи были еще мокрые: как только Жемчужина дала позволение остаться, Злата потащила Стужу к бассейну в задней части покоев Жемчужины и заставила вымыться с головы до ног. Помня, что следует вести себя как можно лучше, Стужа даже не стала возражать, что она и так чистая. Она надела все свои украшения еще в яслях, но Злата заставила ее снять два браслета и быстро отполировала медные диски ожерелья. Затем Злата обняла Стужу и прошептала:

— Ты впервые будешь присутствовать на официальном приеме! Это так волнующе!

Стужа начала понимать, как ей повезло столкнуться с Угольком. Гораздо лучше, когда дают искомое добровольно, а не пытаться взять самой. Как только явятся другие королевы, придется пересесть к арборам, но Селадонна разрешила ей находиться рядом, пока не прибудут гости.

От полированных синих камней на поясе и ожерелье Селадонны и ее темно-зеленой чешуи отражался свет. С ней были три воина, ожидавших в дальнем конце зала с Флорой и воинами Тумана Индиго. Сходство Селадонны с Луном успокаивало, тем более что Стужа уже видела ее в яслях, когда Уголек показывал новый королевский выводок.

— Я была гораздо старше тебя, когда впервые попала на официальный прием, – заметила Селадонна.

Стужа постаралась не выдать, насколько ей это польстило.

— Во время войны со сквернами?

— Нет. – Шипы Селадонны весело дрогнули. – Речь шла о торговле фруктами. – Она посмотрела на Стужу и осторожно произнесла: – Война со сквернами случилась, когда я была намного моложе.

— Лун рассказывал. Они явились и убили всех. Это произошло и с нами, – сказала Стужа.

— Но больше никогда не случится, – сжала ее руку Селадонна.

Шипы Стужи дрогнули, а в горле внезапно пересохло. «Этого больше никогда, никогда не случится», – яростно думала она. Теперь она выросла и может сражаться, если скверны появятся в яслях. Она прислонилась к теплой и надежной Селадонне и снова подумала: «Больше никогда».

— Не забудь поговорить о припасах, – указал Жемчужине Крестец.

Она наклонила голову.

— Уж как-нибудь соображу, мне напоминают об этом при каждом вздохе.

Вошел Виток, что-то прошептал Флоре, и та сообщила Жемчужине:

— Другие королевы вот-вот прибудут.

Стужа переместилась к арборам и вскоре уже едва сдерживала желание зевнуть. После церемонии приветствий королевы поговорили о припасах, как хотел Крестец, и о том, сколько воинов каждый двор отправит защищать Пределы. Стужа никогда раньше не видела этих королев, за исключением Зефиры из Закатных Вод, несколько раз прилетавшей с визитами по торговым делам. Это была старшая королева-сестра, крепко сложенная, с янтарной чешуей, пронизанной зеленой паутиной. Рядом с ней сидела Вспышка из Океанской Зимы, с зеленой чешуей, покрытой серебряной сеткой. Самой устрашающей, но и самой молодой была Буря из Изумрудных Сумерек, ровесница Нефриты, с голубой чешуей и золотой паутинкой.