Древо Миров братьев Камковых. Том 2. Осколки - Денис Камков,Александр Камков Страница 83

Еще раз пропела стрела, и второй орк завалился прямо на своего мягкого и уютного товарища, не произведя при этом сильного шума. Сэм подошел ко мне и несколько раз хлопнул в ладоши, аплодируя моим выстрелам. Затем мы, уже не таясь, вышли на свет и убедившись что орки мертвы, повернулись в сторону тента, который располагался еще правее, метрах в пяти от костра. Стройная фигура в сине-зеленом одеянии, с золотой вышивкой, блестевшей искрами в бликах костра, была накрепко привязана к стволу, в положении сидя. Во рту ее был заткнут массивный кляп из какой-то не очень чистой ткани, а ее длинные умопомрачительные ноги, перемотаны веревкой так крепко, что местами нежная кожа кровоточила. Сапфирового цвета, большие миндалевидные глаза, смотрели прямо на меня, неотрывно и не мигая.

Я впал в секундный ступор, поймав ее взгляд своим и, лишь толкнувший меня по-дружески в плечо Сэм, вывел меня из него, заставив двинуться навстречу пленнице. Глянув на друга, я успел поймать широкую понимающую ухмылку друга, который тут же отвернулся. Я подошел к эльфийке и первым делом вынул у нее изо рта кляп, прижав палец к своим губам, призывая к молчанию. Она тихо закашлялась, и я тут же передал ей фляжку, где на дне еще плескалось, взятое мной в дорогу эльфийское вино, а сам я, тем временем, кинжалом разрезал, стягивающие ее конечности путы.

— Благодарю вас, – очень тихо произнесла эльфа, поднимаясь, но тут же, с тихим оханьем оседая на землю.

— Не стоит благодарности, госпожа! – Ответил я, подхватывая ее гибкое тело, и помогая ей устоять, на затекших от длительной неподвижности, стройных ножках, на которых мой взгляд не смог не остановиться в восхищении.

— Лучиэниэль! – Представилась она, мгновенно и очень ловко освобождаясь из моих рук.

— Драгорт! – Прокашлял я, внезапно охрипшим голосом.

Ее акцент при произношении слов всеобщего наречия, отзывался в моей душе звуками арфы и тихим журчанием ручья, который своей прохладной водой, будто омывал, уж слишком быстро бьющееся сейчас и сильно разгоряченное сердце. Да еще Сэм, хитро поглядывающий на нас, но тут же отворачивающийся, при моем взгляде на него, сбивал меня с толку, хмыкая со все шире расползающейся на своей хитрой физиономии улыбкой. Все это сильно сбивало меня с насущных мыслей, и так скачущих, подобно зайцам, в гудящей и слегка кружащейся голове.

— Нужно найти мой лук и колчан! – Заявила Лучиэниэль, уже твердо стоявшая, на своих стройных, умопомрачительных ножках.

— Это крайне неразумно, мы можем всполошить здесь всех! – Попытался было возразить я.

— Этот лук мне подарил отец! – Словно отрезала она, и осторожно двинулась вглубь лагеря, даже не обернувшись, чтобы посмотреть, следуем ли за ней мы.

По пути она шептала какие-то слова на своем языке, легко касаясь, слегка засветившейся ладошкой то своей ноги, то плеча. Ее раны, ушибы и порезы, тут же затягивались, исчезали, а кожа приобретала свойственную этой расе полупрозрачность и внутренний, едва заметный, лишь очень внимательному глазу, лунный свет. Лук ее мы все же нашли, его заметил Сэм. Он стоял небрежно прислоненный к центральному шалашу. Орки по какой-то причине не стали его прятать внутрь, видимо чувствуя себе не совсем уютно рядом, с очевидно, магически усиленной вещью. Аура окружала это изящное и, даже на беглый взгляд, уж слишком хищно выглядевшее оружие. Недалеко от лука, девушка подобрала и свой колчан. Бросив на нас прощальный взгляд, в котором все же скользнула тень благодарности и чего-то еще, она мгновенно и совершенно бесшумно, как это умеют только эльфы, растворилась в ночи.