Найди меня в сердце ночи, Каноко - Лин Си Ён Страница 83

Мужчина молчал, с любопытством рассматривая Каноко.

А та, метнув в него быстрый взгляд в ответ, вернулась к фонарику. Перевернула, взвесила. Включила и выключила. Потрогала линзу – чуть теплая. Странно, в «хитомоши» ведь даже первый иероглиф «хи» значит огонь.

«И огонь точно расплавил бы пластик». Хлипковатый корпус даже не оплыл. Как они так сделали?

— Фонарик должен был расплавиться.

— Но он не расплавился. – Мужчина в костюме улыбнулся снова.

— Да, не расплавился… Потому что это как лампочка.

Каноко усмехнулась. Она наконец-то поняла, в чем была проблема.

— Хитодамам надоедало, что хозяева постоянно выключали фонарик. Они взрывали стеклянную колбу внутри, осколки разлетались и ранили руки! А у хитомоши характер гораздо спокойнее… Но все равно непонятно, где вы их столько взяли, чтобы целую партию фонариков сделать.

Мужчина растянул губы в улыбке, но не признался.

— Вы студентка? Приходите к нам на стажировку. Я запишу имя…

— Такахаши Каноко, – она не знала, что и думать. Какая студентка? Какая стажировка? – А фонарик?

— Считайте, что это подарок!

Мужчина в костюме уже спешил куда-то. Презентация закончилась, и люди разбрелись кто куда. Каноко посмотрела на фонарик в руках, убрала его в сумку и пошла искать Хинату. И куда его могло занести?

— Ну нет же!

Каноко злилась.

— Говори тише. А то весь павильон уже в курсе. И лучше сначала.

— Хорошо, давай сначала. – Она выдохнула, отхлебнула кофе и продолжила: – Я считаю, что Кицунэ – это дочь Фудзивара Хирото, владельца «Шин Райджин». Кодама сказала мне, что видела, как он превращался в карасу-тэнгу. И он так похож на Казуо… И у Казуо нет отца!

— Вселенский заговор. – Хината посмотрел на нее свысока. Такое случалось с ним крайне редко и означало высшую степень недоверия собеседнику.

— Да нет же, смотри, все логично…

— Нет-нет-нет. – Он помотал головой. – Смотри, что знаю я.

Каноко недоуменно подняла брови.

— Ты знаешь?

— Да, про твоих любимых «супермутантов». – Хината уже давно допил чай и теперь сосредоточился на пирожном. – Одна семья – одна способность. И ладно, я еще готов согласиться, что Казуо каким-то магическим образом оказался сыном Фидзивара Хирото. Готов поверить, что оба умеют становиться карасу-тэнгу. Ты мне только что, пять минут назад рассказывала, что Кицунэ превращается в лисицу, а не в ворона!

Каноко поморщилась. Эта досадная неожиданность в ее стройную концепцию не вписывалась. Отхлебнула еще кофе, сгрызла шоколадное печенье. Понаблюдала, как кодама переглядывается через стекло с хитомоши внутри фонарика. Но так и не нашлась, что ответить.

— Пойдем к стенду «Шин Райджин». – Хината подхватил свою сумку и встал из-за столика. – А то уже скоро все начнется.

Друг, что было и так понятно, оставаться на презентации про чудесный куб с кодамами не стал. Толпа оттеснила его от центра, а просто слушать красивые, но не слишком логичные россказни ведущего было неинтересно. Вместо этого он пошел гулять по выставке, в том числе и к стенду «Шин Райджин». Там узнал, что, во-первых, совсем рядом есть неплохая французская кофейня. А во-вторых, – что через два часа начнется та самая панельная дискуссия, про которую Каноко читала в газете.

И стоило им встретиться, как план выстроился сам собой: кофе и вкусности, а потом полтора часа разговоров о перспективах японской авиации, во время которых надо понять, кто такой загадочный Фудзивара Хирото и имеет ли Казуо к нему хоть какое-то отношение.