Костер и Саламандра. Книга 2 - Максим Далин Страница 84

— Не то чтобы, – признался Фрейн. – Когда Норвуд беседует с воздухом, я… я верую, леди Карла! – вдруг выпалил он. – Я верую! И я понимаю, что он – с духами. Но я ж не вижу, я не слышу… я верую, и всё! Непростая служба, леди Карла, и странно чувствую себя. Но верую! И я теперь брат-наставник, не монах, но всерьёз думаю, знаете…

— Не торопись, – сказала я. – Лучше проводи меня к Норвуду.

— Да что провожать, – сказал Фрейн. – Вон же, в секционной… А если я понадоблюсь, так я тут на всю ночь, я выписки из «Размышлений о сути» читаю… и если засну, вы толкните, не стесняйтесь.

— Я толкну, – сказала я. – Ты молодец, храбрый. Привыкнешь, всё будет хорошо.

Фрейн взглянул благодарно и просто насильно убрал руку от бородёнки – спохватился.

— Может, ты тоже здесь подождёшь, Барн? – спросила я. – Ты же устал, я знаю. Голова болит, наверное?

Барн вопросительно повернулся к Клаю.

— Поспи, – просипел Клай. – Брат Фрейн, есть где поспать?

— А, конечно! – просиял Фрейн с видом «наконец можно сделать что-то полезное». – Я отведу. Госпиталь… в смысле, нормальный госпиталь, на всякий случай, в том крыле.

Барн снова спросил Клая взглядом.

— Иди, – почти приказал Клай.

У Барна, кажется, отлегло от сердца – и они с Фрейном удалились. А мы пошли туда, в секционную.

Зрелище нам предстало из ряда вон выходящее. Я почему-то ожидала увидеть только Норвуда и призраков, а там оказалась просто толпа народу. Большой светлый зал, освещённый электрическими шарами на потолке, был оборудован так, что анатомический театр в Королевской Медицинской Академии позавидовал бы. Шикарные мраморные столы со стоками, в полу под каждым – тоже сток, столики для инструментов, дополнительные лампы над каждым столом – рассмотреть любые мелочи. Я вспомнила, как противно было после вскрытия даже смотреть на деревянный стол в Жандармском управлении, и порадовалась за тех, кто тут работал.

Они возились с несколькими телами, духи толпились рядом, а Норвуд, в белом халате поверх жандармского офицерского мундира с черепом на рукаве, так лихо координировал процесс, будто был взрослым юношей, а не одним из наших деточек.

— Это мэтр Галор из дома Тихой Зари, – говорил Норвуд о трупе с разбитым черепом и изуродованным лицом и уточнял у духа: – Правильно?

— Да, мессир, – соглашался дух.

Пока медики срезали одежду с тела, молодой парень в белом халате и резиновом фартуке поверх него наносил какую-то белую мастику на исковерканное лицо:

— Какой у него нос, Норвуд?

— Мэтр Галор, у вас прямой нос был? – уточнял Норвуд у духа.

— Прямой был, – очень убедительно отвечал дух. – Красивый был. Вот как мэтр скульптор лепит: прямой и не очень длинный.

— Вы правильно делаете, Рауль, – кивал Норвуд. – Как раз такой длины.

— А подбородок был с ямочкой? – спрашивал Рауль.

— Небольшая ямочка, – уточнял дух. – Брился я чисто.

— Маленькая ямочка, вот тут, – показывал Норвуд. – Без щетины, без бороды, гладко.

— Норвуд, отвлекись! – окликнула я.

Он обернулся и просиял:

— Ой, леди Карла, Клай! Клай… – и снизил тон. – Ух ты ж, как тебе досталось… Леди Карла, вам ведь нужна помощь, да?

— Скульптор, – сказала я. – Чтобы лицо Клая реконструировал, как и у этого мэтра. И снял маску. А то похоже не будет.

— Я бы обошёлся… без сходства… – хрипло возразил Клай.