Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина Страница 85

Получилось. Свирель не самый сложный инструмент – свисток да шесть отверстий на длинной серебристой трубке. Послушав ее звучание, я интуитивно сыграл простейшую гамму, приоткрывая по одному отверстию сверху вниз.

Это занятие неожиданно увлекло. Свирель не играла – пела, хотя звук выходил слегка прерывистым, да и дыхания надолго не хватало. Стоило бы взять урок-другой у хорошего флейтиста, чтобы сразу поставил технику и дал рекомендации.

Флейтистов я не знал, зато был знаком с парнями, отлично владеющими трубой и тромбоном. К тому же оказалось, что сегодня воскресенье, а значит, у нормальных людей выходной, а у меня – неплохие шансы застать музыкантов в закусочной Хэма пораньше.

Сол был уже на месте, и встретил меня с распростертыми объятиями.

— Слушай, тебе бы классика лучше, – заявил он после пары-тройки пошлых шутеек о флейтах и озабоченном начальстве.

— Может, Эрни попросить или Уэйна? – подал голос Бенни и пояснил, что имеет в виду музыкантов из Лос-Анджелеса, с которыми познакомились не так давно.

— С претензиями, как и вся их братия, но ребята неплохие. Ты же в средствах не стеснен?

В итоге парни обещали расспросить знакомых и прислать курьера с запиской, как только станет хоть что-то известно. На этом мы и распрощались.

Вечер в «Норе» тянулся как никогда долго. И дело было не в моих надуманных обидах ( хотя небольшой неприятный осадочек после вчерашнего разговора, остался, что греха таить), а в медленно, но неотвратимо приближающемся предчувствии больших неприятностей. Пока все было относительно тихо, но это была обманчивая, давящая тишина, в которой то и дело раздавались маленькие тревожные звоночки: слушки о том, что некоторые из наших постоянных гостей решили на время податься в леса и о небольшой банде, внезапно решившей «устроить разговор» с «Лисицами». Отсутствие Донни, Одзавы и Райана, которые как раз на этот самый «разговор» и отправились. По составу делигации наших «переговорщиков», больше напоминающей карательный отряд, было ясно, что господин леса может разжиться первой партией обещанных жертв уже сегодня.

Работы хватало, и все же полностью отвлечься не получалось: неприятное чувство, что вот-вот что-то должно случиться, только нарастало.

Поэтому когда ближе к закрытию в бар вошел слегка помятый курьер из агентства и вручил Магнусу конверт , я испытал невольное облегчение: теперь, по-крайней мере, точно узнаем, чего опасаться, а не ждать подставы со всех сторон разом.

— Зфонил инспектор Харрис, просил сообщийть «этому вертлявому дьяфолу»... думаю, он имеет в виду Донована: нашли еще одного парня с вырванным горлом. Адрес прилагается, – сообщил нам святой отец, пробежав глазами записку.

Берди, пристроившая голову на его плечо и таким образом тоже читающая послание, тут же заметила:

— Это на юге, в самой гуще черных кварталов, странный выбор.

Записка перешла к Пинки.

«Значит еще один несчастный»,

— Как найти Донни? – спросил я.

Магнус пожал плечами.

— Скашем, когда появится: он не любит, когда его дергают по пустякам.

Меня такой ответ не устроил, и считать жестокие серийные убийства «пустяками» я отказывался.

— Но ведь мы не обязаны сидеть, сложа руки? – пристал я к управляющему. – Донни, может, только послезавтра объявится.

— Арчи... – он явно собирался меня осадить, но тут неожиданно на мою сторону встал Пинки.