Убежище Ксинори - Хамки Страница 88

Но уже через миг откуда-то из-за дверей к ним выбежал совсем ещё юный «волчонок» и протянул Грисае на ладонях нечто непонятное. Большего всего это было похоже на комок грязи, в который воткнули пару веточек.

— Здравствуй, жрица! – радостно воскликнул мальчишка. – Вот! Я сделал твоего Чика!

— У тебя здорово получилось, Зелек! – она потрепала его по волосам, и волчонок вернулся на своё место на одном из ящиков. Собственно, кроме ящиков с коричневой субстанцией, напоминающей глину, и вороха веток тут ничего не было.

Кивком головы Грисая показала Максу, что им пора уходить.

«С радостью!»

— Видишь, как усердно они трудятся? – укоризненно сказала она, когда дверь за ними закрылась. Очевидно, Максу предполагалось восхититься и рассыпаться в извинениях.

«Что ты несёшь, блаженная?!»

— Э… Трудятся?.. – уточнил он.

— Ну да, – она пошарила в складках своего платья и извлекла одного из своих зверьков.

— Это Чик, ты его уже видел. Согласись, у Зелека получилось достаточно похоже.

— Похоже? – воскликнул Макс. – То есть та кучка веточек и глины – это «похоже»?!

— А разве нет?

«Она дура или притворяется?!»

— Так, позволь внести ясность, – уточнил Макс. – Вот эта вся лепка из дерьма и палок – это и есть «просвещение»?!

— Макс, как ты можешь так говорить?! – Грисая явно очень возмутилась, но излишне эмоционального возгласа себе не позволила.

— Я называю вещи своими именами, – заметил Макс. – Что ещё, кроме этого, делают твои собратья? Чтение книг? Просмотр фильмов? Утренняя зарядка?!

— Эм… О чём ты? Книги? Фильмы? Что это?!

Происходящее всё больше напоминало какой-то нелепый розыгрыш. Спецназовца так и тянуло поинтересоваться, где же здесь скрытая камера, куда можно помахать и передать привет родным и близким.

— Макс, это просвещение через общение и познание себя! – попыталась объяснить Грисая. Очевидно, предки в самом деле пытались что-то оставить им, но до нынешнего времени дошли только эти странные формулировки, больше похожие на пустые лозунги.

— И всё же, что ещё делают твои подопечные? Ну, то есть если это – просвещение, то чем они заняты в остальное время? Какой-то работой?

— Что ты, Макс? – рассмеялась инопланетянка. – Моими молитвами Небесный город обеспечивает нас всем необходимым.

— Так чем вы обычно заняты? – повторил вопрос парень.

— Ну…

— Ясно. Ничем, – покачал головой Макс. – Я ничего не понимаю. Грисая, ты вроде молодая девушка, как ты можешь ничем не интересоваться? Почему ты принимаешь на веру всё, что тебе сказал отец? Почему боишься всего?! Сколько ж тебе лет, что у тебя такие взгляды на мир?!

— Мне двадцать. Но я не могу понять твоих слов. Мне было сказано, как надо делать, – почему я должна поступать иначе? Мне были даны запреты – к чему их нарушать? У нас всё есть, зачем искать большего?!

— Ты рассуждаешь как… – ему было трудно подобрать подходящие слова. – Я не знаю даже… А где же любопытство? Бунтарский дух молодости в конце концов! Или ты готова принять любую установку как данность?

Девушка смотрела на него удивлённо и растеряно.

— Не знаю… Я просто не хочу ничего менять. В раю хорошо, здесь всё есть. И я боюсь, что если я или кто-то из моих подопечных поступит плохо – нас изгонят из рая. И что мы будем делать тогда?

— И вы готовы просто слепо следовать заветам предков, начисто забыв про хоть какое-то любопытство и авантюризм, просто чтобы не лишиться того, что имеете? Но вы ведь даже не уверены, что вас накажут! Вы не проверяли!