Чудеса за третьей дверью - Алексей Котейко Страница 9

Злость куда-то улетучилась. Он ещё раз осмотрел статуэтку – кровь частью стёрлась, но часть наверняка навсегда останется в дереве – и поставил волка обратно в витрину. Закрыл стеклянную дверцу, обернулся, и сделал осторожный шаг в сторону камина. Кот всё так же сидел на столике. Ещё шаг. Кот и не подумал убегать, только склонил голову на бок, словно говоря: «Ну и чего ты тут крадёшься?» Степан усмехнулся и не спеша пошел к печальному гостю.

— Так ты всё-таки дядин? – человек говорил по-французски, решив, что знакомые звуки кот воспримет спокойнее. – Знать бы ещё, как тебя зовут. И как ты сюда пробрался. Я что, входную дверь плохо закрыл?

Кот внимательно слушал его, потом коротко мяукнул и, потянувшись, обнюхал руку Степана. После этого ткнулся мохнатым лбом в пальцы, спрыгнул со стола и затрусил к выходу.

— Буду звать тебя Тигра, – решил новый хозяин, шагая следом.

* * *

День выдался долгим – дом, простоявший нежилым почти полгода, нуждался в уборке, а когда с ней было закончено, за окном уже сгустились мартовские сумерки. Чемоданы и сумка стояли у подножия лестницы, оставленные на завтра. Ящик, привезённый транспортной компанией, Степан и вовсе решил вскрыть позже – ему хотелось в первую очередь обойти и осмотреть территорию поместья. Рыжий кот не отходил от человека весь день, а когда тот устроил, наконец, перерыв на обед, немедленно взобрался в соседнее кресло, и с большим удовольствием слопал предложенную ему колбасу. Гладиться, впрочем, кот таки и не дался.

Наступил вечер. Ворота, автомобиль и входная дверь были заперты («пожалуй, надо будет всё-таки поставить охранную систему»). Нашлась и телефонная розетка, но Степану было лень искать в вещах модем и ноутбук, и тянуть через всю гостиную кабель. Даже вставать из кресла не хотелось. Потрескивали поленья в камине – дровница обнаружилась с обратной стороны башни, рядом с маленьким помещением котельной. Спал в своём кресле кот, умудряясь даже во сне сохранять немного грустное выражение на пушистой морде.

«Надо бы кровать перестелить», – мелькнула в голове у Степана последняя связная мысль.

Проснулся он разом, будто по щелчку, и несколько секунд не мог понять, где находится, и почему вокруг так темно. Камин прогорел, только дотлевали последние угольки. Мерно тикали большие напольные часы в углу, где-то снаружи посвистывал ветер.

— Вздремнул, называется, – забормотал спросонья Степан по-русски, осторожно потягиваясь, чтобы размять одеревеневшее от неподвижности тело.

Чуть хриплый, вкрадчивый голос где-то рядом произнёс по-французски:

— Не понимаю, хозяин. Что вы хотите?

— Твою ж за ногу!!! – Степан, насколько мог поспешно, вскочил, лихорадочно пытаясь вспомнить, на какой стене он видел выключатель.

Кто-то щёлкнул пальцами, и в камине снова весело вспыхнул огонь на невесть откуда взявшихся свежих поленьях. Пламя осветило комнату, а заодно и соседнее кресло, в котором удобно устроился маленький – ноги его даже не свешивались с сиденья – человечек. Лицо незнакомца почти целиком скрывали широченная кустистая борода и роскошные усы; из-под косматых нависших бровей на Степана внимательно и с легким недоумением смотрели зелёные глаза. Человечек был одет в чёрные бриджи, короткую чёрную куртку и чёрную же шляпу. На шляпе за алой лентой было заткнуто перо сойки, а вокруг талии, перехватывая белоснежную рубаху, был повязан широкий алый кушак.