Костер и Саламандра. Книга 2 - Максим Далин Страница 91

Мы с Вильмой – в этих розовых платьицах, и в золотистых чулках, и в золотых туфельках – как девочки на празднике. Моя верная псинка с розовым бантом на шее. Ольгер во френче военного покроя, без погон, конечно, но с двумя нашивками – черепом и ретортой, весь из себя почти военный, некромант и алхимик разом. Валор, прекрасный, как кавалер со старинной гравюры, во фраке, с белоснежной хризантемой в петлице, но с пышным чёрным бантом, удерживающим старомодную причёску на затылке. Раш во фраке, Норис и Броук – в мундирах с орденами и аксельбантами, блистательные, как на параде. Клай в парадном мундире, лихой до последних пределов, и Барн, для которого ефрейторские лычки, похоже, значили не меньше, чем золотые погоны старших офицеров.

Было прохладно идти в бальном платье по только что вытаявшей из-под снега мостовой – но стоило того: мы показали людям всё, что обязательно нужно было показать. Наших «фарфоровых», Валора и Клая рядом с Виллеминой – живых и непринуждённых в свете фонарей. То, что нет для нас смерти. То, что всё мы можем.

И я видела, как жадно глазели люди в новенькой военной форме – на нас всех.

А у входа в Оперу нас ждали драконы. Они форсили ужасно – не то чтобы обернулись настоящими крылатыми драконами, но как-то держали себя в среднем состоянии между драконом и человеком, выглядели статуями из текучей меди, с драконьими хвостами со страшным шипом на конце. Горожанки смотрели на них в ужасе и восторге.

И ещё один сюрприз устроили Мельда и её жених. Под овации.

Они встретили Виллемину, выйдя из главного входа Оперы. Спустились по лестнице.

Ланс оказался симпатичным высоким парнем с роскошной чёлкой, какие любят офицеры-кавалеристы, – ну вот и к артиллеристам пришла мода. Мундир сидел на нём как влитой. А на Мельде было искристое голубое платье старинного покроя, туника с высокой талией – и подол с левой стороны она довольно высоко и смело подколола голубой шёлковой розой.

Она показывала протез! Показывала!

Искусственную серебряную ножку в изящной туфле!

Мельда и Ланс, сияя совершенно лучезарными улыбками, спустились с лестницы навстречу нам – и Мельда не только не хромала, она, кажется, даже слегка пританцовывала, будто её ножка чуть пружинила при ходьбе. Не знаю, чего ей это стоило, но выглядело поразительно.

Ни костылей, ни тросточек. И выглядела она невесомой феей, гармонично и прелестно всё это было до изумления. Такая влюблённая пара: юноша в восторге от девушки, а девушка знает и напропалую красуется…

Но Жейнар не пришёл. И мне это резануло по душе.

Мы все вошли в холл – а потом в бальный зал, где уже собрался весь высший свет, а помимо того, кажется, и газетёры: из углов то и дело вспыхивали светописцы. Оркестр взмыл, и музыка взлетела, как чайка, – и Мельда и Ланс, оказавшиеся в центре огромного зала как-то сами собой, танцевали, а весь свет, военные, гости, фрейлины Виллемины и не подумали присоединяться. Им дали пройти полный круг – и проводили из круга аплодисментами, и мы с Вильмой тоже хлопали в ладоши, а Вильма, кажется, даже восторженно пискнула.

А когда музыка смолкла, Виллемина воскликнула:

— Дорогие гости, прошу минутку внимания!

В зале наступила та шелестящая тишина, когда слушатели потихоньку пытаются подобраться поближе к говорящей. И Виллемина продолжила: