Бабочка на золотой шпильке - Алексей Котейко Страница 92

Глава 20. Ужин и бал

Мелодия началась с глухих нот, похожих на перестук первых крупных капель дождя по крыше. Контрабасист играл в технике пиццикато, полуприкрыв глаза и чуть покачивая из стороны в сторону головой. Следом почти сразу вступила гитара, подхватив басовые ноты и добавив к ним более высокий перебор. Дуэт звучал то громче, то тише, и у Лайоша родилось ощущение путника, бредущего через холмы по пустынной дороге. В жарком мареве застыли апельсиновые и лавровые деревья, в отсутствие малейшего ветерка замерла поникшая на обочинах, подсушенная солнцем, трава.

Шандор узнал мотив – ещё до того, как бандонеон протяжным неуверенным плачем поддержал мелодию. Это была музыка Валькабары, родившаяся в колониях из драконидских ритмов и принесённых людьми традиций, а потом перевоплотившаяся во множестве вариаций. В медленных и печальных версиях на неё перекладывали муримурские баллады, а под более быстрые аранжировки, включая заводные, весёлые варианты, танцевали в парах.

Бандонеону ответила скрипка, и на фоне общего ритма, который продолжали держать контрабас и гитара, вторая пара словно повела собственную беседу. Сыщик увидел, как в центре зала появилась женская фигура в широких шальварах, присобранных на талии и у голеней, в спускающихся несколькими ярусами ожерельях и пёстром платке, затейливо повязанном на голове. Женщина изящно развернулась на месте, будто хотела оглядеть всех присутствующих; на мгновение в полумраке мелькнула обнажённая спина, затем знакомая маска. Лилия медленно подняла вверх руки, и тело её встрепенулось, подчиняясь усилившейся вдруг мелодии.

Танцевала «сестричка» превосходно, следуя то за одним, то за другим инструментом, ускоряясь или замедляясь, на мгновение замирая и вновь начиная движение. Казалось, что во всём её теле не осталось ни единого сустава – настолько гибким и подвижным оно стало. Женщину попеременно вели за собой плачущая скрипка и глухое бормотание контрабаса, а в следующую секунду руки в сложном узоре танца на свой лад повторяли гитарный перебор. В какой-то момент бандонеон изменил прежней протяжной манере, и выдал быструю дробную фразу. Ножки в мягкий сафьяновых туфлях тут же приподнялись на цыпочках, обыграв и поддержав мелодию.

Лайош почувствовал на себе взгляд и повернул голову: Айви наблюдала за своим кавалером и, встретившись с «Максом» глазами, одобрительно кивнула ему. Шандор снова отвернулся, продолжая следить за танцем. Ритм ускорился, запульсировал тревожно, как учащённо забившееся сердце. Лилия вихрем кружилась в центре зала, в полумраке вспыхивали отсветы на ожерельях, иногда мелькала обнажённая грудь женщины, а руки, казалось, уже жили отдельной от тела жизнью, сплетаясь в замысловатые фигуры. И в этих фигурах сыщик явственно разглядел золотой отблеск двух массивных браслетов.

* * *

Танец закончился несколькими громкими, резко оборвавшимися, пассажами. Тяжело дыша, женщина замерла на месте, склонив голову на грудь. Зрители аплодировали, и сыщик искренне присоединился к ним, вкладывая в хлопки свою радость и облегчение из-за сделанного открытия. Если браслеты были целы, то и шпилька тоже, с большой вероятностью, могла оказаться где-то в салоне. По крайней мере, изделия мастера Томаса не канули безвестно в каком-нибудь ломбарде или опиумной курильне.