Найди меня в сердце ночи, Каноко - Лин Си Ён Страница 92

И как тогда спасаться, если противники окажутся умнее и внимательнее нынешних?

Хинату эти мелочи, видимо, мало беспокоили, он лишь лег, приготовившись ждать. Каноко нахмурилась, но все же решилась прилечь рядом и подложить сумку под голову. Машина чуть покачивалась, дорога снова стала асфальтовой, – и так, под мерное дребезжание, она и уснула.

Каноко подхватили под руки и под ноги и несли в машину. Там что-то говорили, кричали, спорили, – она помнила лишь боль в ушах и яркую белую лампочку над головой. Лампочка то гасла, то снова зажигалась так, что глаза болели от резкого света. Свернутое в петлю тело казалось удивительно легким, но нос чувствовал запах гари, а во рту хлюпала соленая вода.

— Как тебя зовут, ты знаешь?

Зовут? Да, она знала. Только вот как? Что-то простое, вертится на языке. Как-то же ее называли, это точно. А еще был парень, с которым они ехали. Его тоже звали как-то, она помнила, он ей говорил.

А как? Ха… Или Хи… Нет, наверно, все-таки Ха…

— Хи… ната, – сквозь жидкость в горле говорить получалось слабо, все хлюпало, а Каноко захлебывалась.

— Отлично, Хината! Мы скоро приедем, и все будет хорошо!

— Скоро уже приедем. – Хината потрогал ее за плечо, и Каноко нехотя открыла глаза.

Она лежала на чем-то теплом, заботливо накрытая сверху курткой.

Просыпаться совершенно не хотелось. Страх и нервы безумного дня настолько ее вымотали, что сил совсем не осталось. Каноко на мгновение поддалась искушению и закрыла глаза. Сон, будто парализующее зелье из игры, разливался по телу, и руки и ноги, вмиг потяжелев, вынуждали остаться в постели и не просыпаться.

Колеса грузовика заскрипели – водители затормозили перед поворотом, – и сознание вдруг прояснилось. Глаза открылись сами собой, и Каноко подскочила.

Не время расслабляться. Да, они выбрались из короба, но все еще в грузовике, и не слишком понятно, чем это все закончится.

— Успокойся, – шепнул Хината, и Каноко запоздало поняла, что теплое нечто, на котором она лежала, было его грудью.

Теперь он аккуратно придерживал ее за плечи, не давая вскочить и удариться головой о низкую верхнюю крышку контейнера.

— Что-то случилось?

Каноко огляделась бы, но солнце близилось к закату, свет совсем перестал проникать сквозь просветы между металлическими пластинами кузова, и все вокруг вновь погрузилось во тьму.

Хината зевнул и помотал головой.

— Успокойся, все в порядке. Еще час, и будем на месте.

Каноко выдохнула. Хотела устроиться поудобнее, но листы жести, из которых был сварен контейнер, этому никак не способствовали. Заклепки больно впивались в кожу, а стоило облокотиться на стенку, как лопатки начинали болеть. Да и ночью на сквозняке оказалось банально холодно, – а закутаться от макушки до пят в куртку не получалось.

Хината рукой притянул ее к себе. Каноко замычала, но решила не вырываться: наконец-то стало хоть чуточку теплее. Чужие руки больше напоминали ледышки, видимо, он тоже сильно замерз, хоть и не признавался. Каноко обхватила его ладони своими и подышала на сложенные пальцы.

— Мне часто снится Окинава. Как в больнице лежала. И просто.

— Кошмары?

— Наоборот. – Каноко помотала головой. – Что все было хорошо. Уютно так, без проблем.

Хината засмеялся еще до того, как ее дослушал.

— Я помню. Ты постоянно ворчала, что то и это тебе не так, и вообще все не нравится.