Песнь безродного - Карина Володина Страница 93

— У меня высший балл от Кюля, – говорит Ферка, растерянно глядя на Листера. – Почему я должен…

— Очередной ранимый сумасшедший заставлял нас скакать под ливнем по краю обрыва, а вы пытаетесь проучитьнас за то, что мы не плясали под его дудку, мастер Даскалу? – не остаётся в стороне и Тома. – Что, по-вашему…

— Я уже сказал, что, по-моему, вам следовало делать, Фунар-два, – морщится Листер. – Как минимум – не скакать за преподавателем с телефоном, как перевозбуждённые обезьяны… кстати, по тому же краю обрыва. Удивительно – и куда улетучились все страхи?

— Обезьяны документировали вопиющую некомпетентность так называемого преподавателя, – отбивает Тома. – Алин, ты снял фрагмент с обезьянами?

Упс. Я только сейчас понимаю, что всё ещё снимаю.

— Ну тогда мне придётся задокументировать вопиющую некомпетентность так называемых студентов, – парирует Листер. – Потому что видеосъёмка любых фрагментов учебного процесса строго запрещена. Что с лицом, Фунар-два? Не предусмотрела этот момент?

— Если бы я могла его предусмотреть, мастер Даскалу, – нам ни словом не…

— Мастер Даскалу, –с нажимом повторяю я. – Мы можем поговорить?

Листер смеряет меня невоодушевлённым взглядом.

— Ла найба, Фунар. Ну о чём ты опять хочешь поговорить?

Ферка быстро склоняется к уху Листера, что-то шепчет. Сильвана, видимо утомившаяся ждать разрешения этого бесконечного конфликта, решительно направляется в пивную. Флорин с Элизой, переглянувшись, трусят за ней; «Ливень всё-таки», – ловлю я виноватый взгляд Флорина. «Да, холодновато», – вторит Элизин.

Листер даже не дослушивает Ферку. Морщится ещё раз – теперь уже с нескрываемым раздражением.

— Ладно, на пару слов так на пару слов, Фунар, – легко говорит он. – Идём. Нет-нет-нет, я согласился на беседу с одним Фунаром, а не двумя. Фунар-два, ты снова в пролёте, извини. Только не плачь над этим, когда будешь пересматривать ваши запрещённые материалы, хорошо?

— Алин, – требовательно говорит Тома. – Скажи ему…

— Идите в пивную к остальным, – качаю я головой, засовывая телефон в карман. – Дождь сильный – может, закончится к паре с Гросс.

— Алин, какой, к чёрту, дождь? Я говорю о…

Листер направляется к изгороди, отделяющей асфальт от зелёного пастбища.

— Идите в пивную, – повторяю я мягко. – Тома, пожалуйста. Дан, забери её.

Глаза Томы возмущённо округляются – но, как ни странно, никаких возражений мне в спину не следует. Даже насчёт Дана.

Дождь льёт стеной, Листер перескакивает через изгородь одним лёгким движением – и садится на ней, спиной к нам, лицом к бескрайним полям, явно предлагая мне приземлиться рядом. Промокли его светлые волосы, промокла его ярко-красная жилетка – не лучшее он выбрал место для нашей «беседы».

Ферка смотрит на его спину неотрывно – взглядом холимой и лелеемой собаки, которую вдруг вышвырнули на улицу и посадили на цепь. Я стискиваю зубы, удерживаясь от комментария, миную Ферку, подхожу к Листеру.

— И чья идея? – интересуется Листер, задумчиво глядя в зелёную даль.

— В каком…

— Да брось. Кто дошёл до съёмки? Блестящая оригинальность – Кюль у нас выбешивает многих, но до «документирований» ещё не додумывались. Ты или Тома?

— У нас будет хоть одно нормальное занятие? – отвечаю я вопросом на вопрос. Далеко-далеко перед нами пасётся одинокая пара чёрных овец – может, отбились от стада? – Без блицопросов с первых минут, без провокаций со стороны любимого инструктора, без… я даже не знаю, как это описать. Что это вообще было? Нет, погоди. Сейчас ты скажешь, что я что-то там неправильно понял, и этот… Беттерс Кюль, который даже не Беттерс Кюль, – замечательный человек и очередная трагическая личность, которой ты симпатизируешь?