Громов. Хозяин теней 6 - Екатерина Насута Страница 94

Без папеньки, но с чемоданом, который нес тип весьма характерного обличья.

— О! — Орлов чемодан отобрал. — Димка, потом со шмотьём разберешься. Времени нету. У нас тут такое…

— Какое? — Шувалов чуть нахмурился и осмотрелся.

— Не знаю. Но чувствую, интересное. А потому бросай свой чемодан.

И сам его под кровать запихнул.

В беседке было сыровато и пахло сигаретам. В кустах обнаружился окурок, а под лавкой — начатая пачка папирос «Самсон», которую Орлов покрутил и вернул на место, сказав:

— Надо будет глянуть, кто тут повадился порядки нарушать.

— Что, завидуешь, что не ты? — Яр занял место у выхода.

— Чему тут завидовать? Мы ж тоже, помнишь…

Яр закатил глаза.

— В четвертом классе он принёс пачку сигарет, — пояснил Шувалов, опускаясь на лавку.

— Между прочим, отличнейших! «Герцоговину», а не это вот…[33]

— Всё одно гадость, — Шувалов поморщился. — И как я позволил себя уговорить?

Кажется, он и сейчас этому факту удивлялся.

— Ага, выкурили сперва по одной, но Никита решил, что этого мало и не по-взрослому. Потом по второй. На третьей, которую взяли, чтоб совсем закрепить, нам и поплохело…

— Ай… глупый бы.

— Теперь поумнел?

— А то… теперь я бы столько за раз не стал бы смолить. Ну да ладно. Сав, колись, чего с Каравайцевым не то?

— Всё, — я забрался на лавку и выпустил теней. — Всё не то… это не Каравайцев. Не настоящий Каравайцев во всяком случае. Яр, расскажешь?

— Так… — Шувалов подобрался. — Что тут…

— По очереди, — прервал я его. — А то не совсем понятно будет.

— Ну… так-то… что тут рассказывать. У нас там не как тут… там горы. Леса. И так-то… в общем, иначе.

— Это мы уже поняли, — откликнулся Орлов. — Дальше давай.

— Нет. Не понял ты ничего, твоё благородие, — Яр покачал головой. — Я и сам толком-то не могу объяснить, потому как нутром понимаю, а слов нет. Места те… они ж дикими долго были. Люди жили, верно, но сами собой. Так-то вроде и под рукой государевой, но по факту…

— Государь далеко, и от его руки ни жарко, ни холодно, — произнёс я.

— Верно. Да и не думали тогда, что в горах чего-то есть. Это уж потом рудное дело развивать стали. Вот народ и потянулся. Сперва остроги поставили, после уж… земля там неспокойная. Вот вроде людей не как здесь, нету прорвы или там, чтоб много, а прорывы случаются частенько. И когда вниз идёшь, хотя тоже раз на раз не выходит. Иную шахту до самого сердца земли протянуть можно и ничего, а в стороночке копнёшь на две лопаты, и всё, уже всякая погань наружу прёт. Так вот. В одиночку там не выжить. И от невольного люду толку немного. Невольнику оружие не дашь, потому как он им и тебя может… того.

И этого.

Логика понятна.

— Потому ещё когда обычай возник, что, если человек в остроге обжился, года два продержался, то уж всё, волен он, что бы там в книгах да уложениях писано ни было.

— И потому к вам люди шли… — Орлов произнёс это задумчиво.

— Да. Жизнь, конечно, не сахар. Особенно поначалу. Но после уж, как обживать стали… с лесными замирились. Торговлишку наладили. Расчистили землю. Поля появились, скотина. Но тоже, и то, и другое охранять надобно, как от людей со зверьём, так и от тварей… твари, конечно, больше к людям. Вот… заводы наши стоят, верно, и люду на них много, но такого, чтоб как тут, чтоб над рабочими измываться… — Демидов покачал головой. — Не принято.