Ведьмы. Ру - Екатерина Насута Страница 95

— Ну… так-то… — ведьмак огляделся. — Попытайтесь с ними договориться, что ли…

— А вы?

— А что я? Я прогуляюсь. Меня мама вон просила прикупить кой-чего по хозяйству. Тут же продуктовый есть?

— Гипермаркет. Там. Дальше по коридору…

— Вот.

И ведьмак неспешным шагом двинулся по указанному коридору.

— Вы там только, — донеслось. — Здание не спалите, герои-мышеборцы.

Он серьёзно?

Вот просто взял и ушёл?

— И поторопитесь! А то ещё эти, снаружи, на штурм пойдут.

— Эм… — Данила растерялся. Мыши не приближались, нет. Они скрывались в тени пустых магазинов, и лишь одна, то ли наглая, то ли не особо умная, застыла перед входом в бутик, нервно сжимая в лапке недоеденный шёлковый шарф.

Шарф был из последней коллекции…

— Мой церед! — заявила Физя и, подбежав к ближайшему островку, одним прыжком забралась на верх. А потом встала на задние лапы, огляделась и грозно произнесла: — Слушайте меня, мыши!

Та, что с шарфиком, пикнула.

Мыши были, конечно, здоровые, но морочница ещё больше.

— Я, Эмфизема Великолепная…

— Когда она успела-то? — шёпотом спросила Ляля.

— Какая разница…

— … здесь и сейцас обращаюсь к мышиному народу. Услышьте…

— Надеюсь, они тут просто купол поставили, — Данила обернулся. — Потому что услышать может не только мышиный народ.

— Придите ко мне! Внемлите мне! — Физя вскинула лапы и на её призыв мыши отозвались слаженным писком. — Так… ага… они тут… внемлют, конецно, но говорят, цто у них узе есть повелитель.

Ещё и повелитель.

— И цто он готовится сойтись в смертном бою с узасным цудисцем. Оцень за него перезивают.

Мышь с шарфиком кивнула и поспешно засунула остатки натурального китайского шёлка, украшенного ручной росписью, в рот.

— Я тоже, когда волнуюсь, всегда ем, — сказала Ляля.

— Я сказу, цтоб нас отвели. Посмотрим на это цудовисце! Мозет, помозем.

— Кому?

— На месте решим, — отмахнулась Физя. — Сейцас нас доставят. Меня. Ну а вы следом идите. Я сказала, цто вы моя свита…

Мыши меж тем засуетились.

Из ближайшего бутика выкатили корзинку, которую доверху заполнили вещами. Корзинку поставили на спины двух крупных мышей. И Данила был готов поклясться, что треклятые грызуны действуют не только осмысленно, но и весьма слаженно.

Физя в корзинку и соскочила. Точнее стекла, устроившись поверх груды шмотья. Она легла на бок, привстав на одной руке, второй прихватив полупрозрачный то ли шарф, то ли рукав блузки, которым прикрыла морду и часть тела. Из-под ткани выглядывал пухлый зад с тонкими лапками и длинный хвост.

— Несите меня, мыши! — повелела она.

И мыши потащили.

— Эм… а мы? Реально пойдём? — Данила сунул палец в ухо и поскрёб, прислушиваясь, не переключится ли реальность на что-то куда более реальное. А то даже для глюков конкретный такой перебор.

— Конечно, пойдём, — Тараканова дёрнула за руку. — Или всё? Запал иссяк?

— Кто запал? — встрепенулась Ляля.

— Иссяк, — машинально ответил Данила. — Тьфу… тебе это всё не кажется… слегка странным? Нереалистичным, я бы сказал… не подумай, что я критикую… просто вот как бы… понимаешь… ощущение, что я ещё под кайфом.

— Я так и знала, что ты что-то принимаешь, — Тараканова потянула его за собой.

— Да ни в жизни! Я… я ж знаю, что магам даже пить нельзя. Это Стасик вон… теперь в лечебницу засунули. Закрытую. Честно, даже и не знаю. Вроде бы и правильно, потому что последняя дрянь, которую он потреблял, конкретно так на мозг давила. А всё равно неспокойно.