Кровавый пир - Го Цзинмин Страница 95

На свету появились и лица девушек, они обе выглядели уставшими.

— Что это за духовное орудие, Инь Чэнь? – осторожно придвинувшись и глядя на парящее бронзовое зеркало, тихо спросил Ци Лин.

— Нагрудник. Он используется для блокировки смертельных ударов в сердце. Неважно, нанесен удар магией элемента или же это физическая рана, – одну жизнь он сможет тебе сберечь. Вот только использовать его для защиты можно лишь единожды, для последующих атак броня бесполезна, поэтому в этом орудии нет ничего необычного. Оно не носит особого имени, как и не упоминается в исторических записях. Но что интересно – когда я нашел нагрудник, то обнаружил, что он способен излучать мягкий свет, поэтому часто использую его для освещения, – объяснил князь, глядя на выражение любопытства на лице парня.

— Хочу у тебя кое-что спросить, – заговорила сидевшая в отдалении Ляньцюань, в ее взгляде читались сомнения.

— Спрашивай.

— Я знаю, что в битве на Вечных островах для защиты Ци Лина и Юхуа ты использовал легендарный Подол богини.

— Верно, то было одно из моих духовных орудий.

— Но… Подол богини служит духовным орудием Тэрэи, разве нет? Как он оказался в твоих руках? И что тогда за белая юбка, которую носит Тэрэя? Она едва не убила меня в пещерах Вечных островов. – Не сводя глаз с лица Инь Чэня, Ляньцюань спросила: – Что связывает тебя с Тэрэей?

— То, что использую я, является лишь некогда отколовшимися фрагментами щита Тэрэи. Он обладает способностями Подола богини, однако возможность сдерживать удары очень ограничена… – не спеша объяснил мужчина, глядя на Ляньцюань.

— Но… – Она на мгновение замолчала, словно думая, как лучше изложить собственные мысли. – Подол богини хоть и выглядит как нежная шелковая материя, однако его прочность близка к неуязвимой: обычным мечом его не разрезать, а об оружии дальнего расстояния не может идти и речи. Подол совершенно невосприимчив к дальним атакам, как же тебе удалось его расколоть?

— Я и сам этого не помню… – Инь Чэнь опустил голову, в его взгляде читалась боль, какие-то обрывки проносились в его сознании, подобно осколкам металла они метались и резали его память, открывая бесчисленные кровоточащие раны.

Видя, какое выражение приняло лицо князя, Ляньцюань не стала спрашивать дальше. Девушка помолчала недолго и затем сменила тему:

— Раз уж речь зашла об орудиях, что насчет тебя, Ци Лин?

— Меня? А что у меня? – растерялся парень.

— Духовное орудие, которое ты получил в Усыпальнице Духов, тот… Боюсь неправильно выразиться… – Девушка чуть нахмурилась.

— Тот бесполезный сломанный меч, у которого недостает половины лезвия. Он все не дает мне покоя, – вздохнул апостол. – Хорошо, что мой дар позволяет иметь безграничное число орудий, иначе с одним лишь мечом было бы совсем печально.

— Вот только, Инь Чэнь, ты не приглядывался к нему? На нем крайне устаревший рисунок. Декоративный стиль совсем не похож на присущий Асланду, вряд ли это вещь края воды… Ты не видишь в духовном орудии Ци Лина ничего особенного? Потому что в тот раз, когда нас схватил Благословение… Не знаю, показалось мне или нет, но я словно почувствовала, что его меч… – Не договорив, Гуйшань Ляньцюань замолчала. Она смотрела на Инь Чэня в ожидании того, что скажет Седьмой князь.

Некоторое время он молчал, а затем покачал головой: