Песнь безродного - Карина Володина Страница 97

— Надеюсь, – повторяю я. – Сегодня мы поучились, например, возле пивной. И на дороге перед пивной. И на всём участке дороги от академии до пивной. И в бальном зале. Как я мог об этом забыть.

— Кюль и Гросс? – понимающе спрашивает Нила.

Я киваю.

— Листер рассказал?

— Papà? – фыркает Нила. – Нет, Алин. Зачем мне его инсайды? Я же знаю Ферку с первого курса.

— И что, – я внимательно смотрю на неё, – какими инсайдами поделился с тобой Ферка сегодня?

Нила поводит плечом, её улыбка становится лёгкой и лукавой.

— Вижу, вас крайне поразил один ваш однокурсник, домнуле Фунар, – говорит она, и каждое её слово звенит задорной несерьёзностью: давай попробуй поиграть со мной, домнуле Фунар, попробуй заставить меня сказать о Ферке что-нибудь плохое. Спорим, не выйдет? – Как будто даже больше всех преподавателей, вместе взятых… Может, вы приехали сюда за социальными перипетиями, а не за новыми знаниями?

— Ну что вы, Амброзия, – качаю я головой. – Учёба – мой приоритет. Все связанные с ней социальные перипетии возникают совсем не по моей вине.

— Ой ли? – прищуривается Нила. – Домнуле Фунар, кажется, вы немного юлите. У меня сложилось впечатление, что в основном вы являетесь катализатором этих перипетий.

— Да, – отвечаю я. – У нашего общего знакомого Ферки Вульпе, похоже, сложилось такое же впечатление. Кажется, вы с ним на одной волне. И почему-то вы всё же здесь.

Нила смотрит на меня несколько секунд, закусив щёку. В ночной темноте её глаза бордового оттенка – глубокого и манящего, терпкого и притягательного. Когда-нибудь, когда Нила поступит в академию, она произведёт здесь настоящий фурор – в этом я не сомневаюсь.

— Волны бывают разные, домнуле Фунар, – наконец отвечает она, продолжая гипнотизировать меня взглядом. – А вы… Алин, ты такой интересный. Я с тебя не могу. Почему ты вообще здесь сидишь? Тебе все надоели?

— А почему ты сюда пришла? – отвечаю я вопросом на вопрос. – Тебе тоже все надоели?

— «Все», – закатывает глаза Нила. – О, Алин, у меня же так много этих «всех». Целых раз… два…

— А школьные друзья?

— Школьные друзья в кампусе охотников на вампиров?

Да, не самое лучшее место встреч с одноклассниками.

— И почему всё-таки ты здесь, а не с Ферк…

— Знаешь, – перебивает меня Нила. – Похоже, у нас в школе завёлся вампир.

— Что?..

— Вампир, – спокойно повторяет Нила. – В нашей школе. Полнокровник. Ну мне так кажется. Не то чтобы я большой специалист…

— Погоди. – Вся меланхоличная задумчивость слетает с меня в мгновение ока. – Ты сейчас серьёзно? Вампир? В Брашове? В твоей школе?

— Я же сказала, что не уверена на сто процентов, – отвечает Нила. – Но у нас очень странный новый учитель истории. Он такой… знаешь… бледный, с очень быстро бегающими глазами… и двигается иногда тоже очень быстро… и как-то странно смотрит на мою шею…

— Ты говорила об этом Листеру?

— О, конечно, я говорила об этом Листеру, – фыркает Нила. – И Листер сказал мне в ответ: «Нила, не морочь мне голову, я не собираюсь переводить тебя на домашнее обучение из-за мифических вампиров в твоей школе». Вот тебе и великий практик, да?

— Какая-то чушь, – мотаю я головой. – Здесь в окрестностях действительно…

Я прикусываю язык.

— …рассадник полнокровников, – продолжает за меня Нила. – Ага, я знаю. Но, видимо, мой папочка не только великий практик, но и великий экстрасенс. Он даже не согласился посмотреть на этого хрыча. А Ферка такой: «Правильно, правильно, Листер знает всё, послушай лучше, как меня все ненавидят в моей новой группе». Тьфу! Почему они думают, что я буду заниматься подобным дерьмом ради того, чтобы послать к чёрту школу?