Святые из Ласточкиного Гнезда - Донна Эверхарт Страница 102

Поздно вечером Корнелия пришла из магазина и застала Рэй Линн на кухне, в фартуке, повязанном поверх ночной рубашки, занятую приготовлением ужина. Корнелия всегда приходила домой чуть раньше Отиса, чтобы успеть приготовить еду, пока тот заканчивает дела в магазине. Она остановилась в дверях с полными руками продуктов: мешком муки, сахаром и бобами, которые несла в кладовую.

— Да боже ты мой! – удивленно воскликнула она. – Поглядите-ка! Тебе же нельзя, ты еще не поправилась!

Рэй Линн принесла от плиты блюдо с жареным вяленым окороком, вытерла пот со лба и встала у накрытого стола, уперев руки в бока.

— Я прекрасно себя чувствую, – заявила она.

— Ну что тут скажешь! Ты приготовила окорок, рис с томатным соусом и горошек. А бисквиты-то какие – высокие и пушистые, как облачко! Выглядит просто отлично.

— Я уже с ума начала сходить без дела, – призналась Рэй Линн. – Мне в радость снова готовить. Раньше я всегда…

Она умолкла и прикрыла рот рукой. На нее вдруг снова нахлынула черная тоска: вспомнились их с Уорреном совместные ужины. До сих пор она не позволяла себе об этом вспоминать. Корнелия смотрела на нее вопросительно.

— Всегда… что?

Рэй Линн тяжело сглотнула.

— Готовила.

Подруга взглянула на нее пристальнее.

— Тебе плохо? У тебя расстроенный вид. Может, переутомилась?

— Я… Я просто вспомнила, как приятно было готовить для кого-то еще, не для себя одной.

— И у тебя отлично получается, как я погляжу.

— Корнелия…

Та с довольным видом подошла к столу.

— А?

— Где моя одежда? Мне было бы гораздо удобнее, если бы было во что одеться.

— Я бы тебе подыскала что-нибудь, знай я, что ты так скоро встанешь с постели, – ответила Корнелия. – Твои вещи пришлось сжечь. Я не могла их отстирать: у тебя же месячные начались, помнишь? Пятно никак не отстирывалось. И на рубашку сзади тоже попало. Ты уж прости.

— Может, у вас в магазине найдется что-нибудь подходящее?

Не говоря ни слова, Корнелия направилась в заднюю часть дома, где сушилось белье, подошла к платью, которое сшила сама, и сняла его с веревки. Как будто прочитала мысли Рэй Линн.

— Пусть твое будет. Ты же все равно за него платила.

Рэй Линн вскинула руки:

— Нет! Я не могу его взять.

Корнелия приложила платье к плечам Рэй Линн и пробормотала, как будто рассуждая сама с собой:

— Пожалуй, немного ушить надо. Ты ведь поменьше меня.

— Корнелия, а ты, случайно, не проверила карманы моего комбинезона перед тем, как сжечь?

Корнелия все вертела в руках платье, прикидывая, как его подогнать по фигуре, но остановилась, услышав тревожные нотки в голосе Рэй Линн.

— Нет, а что?

Рэй Линн опустила голову. Последние деньги пропали.

— Ничего, – сказала она. – Я подумала, не оставила ли там кое-что, но теперь припоминаю: кажется, дома лежит, в номере сорок четыре. Наверное, пора решать, что мне делать дальше. Поговорить с Пиви. Не могу же я жить в секции для холостяков, теперь-то уж никак.

— Ну нет, нельзя тебе уходить! – возразила Корнелия. – Я как раз думала: ты же можешь помогать мне по дому, вот как сегодня. Я была бы ужасно благодарна. По крайней мере, пока ты не решишь, что делать дальше.

Будь Корнелия единственной хозяйкой в доме, Рэй Линн согласилась бы не раздумывая, но ее смущал Отис и то, как он обходится с женой. Удастся ли Рэй Линн не обращать на него внимания? Работа, конечно, сильно выручила бы ее сейчас. Корнелия была, кажется, разочарована тем, что Рэй Линн не торопится с ответом, и та поспешно пояснила: