Мария I. Королева печали - Элисон Уэйр Страница 125

— Он был мне таким чудесным другом. В самые тяжелые времена он служил нам с моей дорогой матушкой надежным оплотом, далеко выходя за рамки служебных обязанностей. – Мария всхлипнула и понизила голос, ощущая потребность облегчить душу. – Я плохо разбираюсь в подобных вещах, но когда-то я думала, будто он ко мне неравнодушен. – Она вдруг почувствовала, что краснеет. – Если бы он занимал более высокое положение, я ответила бы ему взаимностью, ибо навряд ли нашла для себя лучшего мужа. Но сейчас он стал старым и больным, и я больше никогда его не увижу.

Екатерина обнимала Марию до тех пор, пока ее слезы не высохли, после чего велела ей пойти умыться и поправить чепец.

— Пусть он запомнит вас с улыбкой на лице.

Уединившись на пару минут в королевской молельне, Мария обратила внимание на то, что там было мало статуй и украшений, и это в очередной раз ее озадачило. Действительно ли мачеха настолько ортодоксальна в своей вере? Да, безусловно. Но в таком случае где в ее часовне изображения святых?

Мария вспомнила ложные слухи о том, что епископ Гардинер потребовал арестовать Екатерину за ересь, однако она убедила короля в своей невиновности, тем самым избежав ареста. Тогда Мария скептически отнеслась к этим разговорам, поскольку Екатерина выглядела, как всегда, жизнерадостной, а король по-прежнему не мог на нее надышаться. Невозможно, чтобы Екатерина была еретичкой. Мария не желала этому верить. Тем не менее во время собраний в покоях королевы высказывались мнения, вызывавшие подозрения, что в окружении Екатерины есть носители подрывных идей. Но Екатерина? Нет. Она не стала бы их одобрять.

Дамы ждали в саду появления Шапюи. Его вкатил на кресле новый посол, который представился как Франсуа ван дер Делфт. Он показался Марии учтивым и приветливым. Екатерина протянула обоим руку для поцелуя.

— Милорд посол, я опечалена тем, что вы нас покидаете, – обратилась она к Шапюи. – Его величество говорил мне, что вы всегда хорошо выполняли свои обязанности. Насколько мне известно, он вам доверяет и вы ему нравитесь. Однако я не сомневаюсь, что за морем ваше здоровье улучшится и там вы сможете сделать больше для укрепления дружбы между Англией и Римской империей, чему вы всемерно способствовали.

— Вы слишком добры ко мне, мадам, – ответил Шапюи.

Екатерина взяла Марию за руку:

— А теперь вы должны попрощаться с миледи Марией. Ведь вы столько лет были ее другом.

Повернувшись к Марии, послы передали ей наилучшие пожелания от императора, и она ответила положенными любезностями. Все это было ужасно формально! Мария не ожидала присутствия нового посла. Она надеялась, что прощание будет более интимным. Что оказалось невозможным. Аудиенция подошла к концу. Когда Шапюи попрощался, склонившись над ее рукой, Мария с трудом подавила желание обнять посла, а когда он поднял голову, увидела, что взор его затуманен слезами. Она смотрела, как Шапюи увозят на коляске прочь из ее жизни, чувствуя себя больной и опустошенной.

* * *

Мария искала утешения в вере, которая становилась для нее все более важной. В привычных, любимых церковных обрядах она обретала безопасную стабильность счастливого детства. Она поймала себя на том, что все сильнее переживает из-за распространения ереси. Протестантизм действительно становился реальной угрозой. Он ставил под удар освященную временем концепцию мирового порядка, весь христианский мир, который стремительно низвергался. Подобные ереси следовало безжалостно истреблять и искоренять.