Дорога радости и слез - Донна Эверхарт Страница 136

— Тебе не нравится, когда я так тебя называю? – немного обиженно спросил он. – Да это ж так, милое прозвище…

— Мне не пять лет! Мне уже четырнадцать! А ты как будто обращаешься к маленькой девочке.

— Ясно.

Я и не знаю, с чего это я вдруг взъелась на папу из-за «малышки Уолли». Для меня самой это стало неожиданностью.

— К Лейси ты обращаешься только по имени, – продолжила я.

— Ну да… Так оно и есть…

Я удалилась в палатку и снова плюхнулась на койку. Как назло, Лейси увязалась за мной. Полог палатки остался отвернутым, и я увидела, как папа с мамой допивают оставшийся кофе, переговариваются между собой, хмурятся и качают головами. Я услышала обрывок маминой фразы: «…уже девушка, совсем как Лейси».

Лейси достала скрипку, села на койку, а инструмент положила себе на колени. Она не предприняла ни малейшей попытки поиграть. Вместо этого сестра принялась протирать инструмент краешком платья.

— Лейси…

Лейси, не отрывая взгляд от скрипки, все терла и терла одно и то же место.

— Лейси, ты прошлой ночью куда-нибудь ходила?

Она продолжала натирать скрипку круговыми движениями. Мне дико захотелось вырвать инструмент у нее из рук и запулить его в дальний угол палатки. Желание было столь сильным, что аж челюсти свело, а пальцы сжались в кулаки.

— Куда ты ходила? Ты с кем-то встречалась? А, Лейси? – мой голос звучал как-то странно, в нем слышалась настойчивость.

Я едва сдержала раздраженный вопль. Лейси склонила голову в другую сторону и продолжила натирать свою дурацкую скрипку.

Может, пойти и откровенно поговорить с Клейтоном? Но в этом случае придется признать, что я следила за ним и Лейси, а как это сделать? Стыдно. Может, это случилось первый и последний раз? Может, Клейтон поцеловал ее просто так, из любопытства? «Сделанного не воротишь», – бывало, говорила мама. Верно. Что я теперь могла поделать? Остается только попытаться обо всем забыть и вести себя так, словно ничего не случилось. Что прошло, то прошло. Как только я приняла это решение, мне стало чуточку легче. Будто у меня имелся какой-то выбор. Ощущение было такое, словно я несла тяжкую ношу, и вот я ее опустила на землю, чтобы перевести дыхание и дать чуток роздыху ноющему от усталости телу.

— Лейси, ты ведь и сама не знала, что делала?

Лейси была спокойна и безмятежна.

— Лейси, я говорю о прошлой ночи. О тебе и Клейтоне. Ты ведь не ведала, что творила?

Я придвинулась поближе и заглянула ей в глаза. Чистые, ясно-зеленые, словно горные озера. Невинная, непорочная Лейси. К чему требовать от нее ответа, который она не может дать?

Когда мы вышли из палатки, мама сказала мне:

— Идите сюда. Посидите у костра.

— Я думала походить погулять с Лейси. Подышать свежим воздухом.

— Так ведь холод собачий.

— Ничего страшного. Мы же будем ходить, так что не замерзнем.

Мы направились к палатке Трикси. Холод окутал нас, словно туман. Несмотря на студеную погоду, сегодня явилось немало народу. Кое-кто прихватил с собой на продажу желе, варенье и разную выпечку. Я увидела, как Трикси дрессирует Зиппити-Ду и мистера Эм. Обезьянка была одета в теплую маленькую курточку. Завидев меня, она оскалилась, слезла с зебры и вскарабкалась на плечо Трикси. Я сунула руку в карман платья, достала орешек и протянула ему. Мистер Эм проворно его схватил, запихал в рот и заработал челюстями, поблескивая карими глазами. Затем он перебрался ко мне на плечо. Цепляясь за платье, обезьянка спустилась вниз и сунула лапку мне в карман – вдруг там еще завалялось чего-нибудь вкусненькое. В жизни не видела более очаровательного создания.