Кощеева гора - Елизавета Дворецкая Страница 158

— Это я за тобой послал, – продолжал парень; он заметил изумление Торлейва, но понял его и не удивился. – Угадаешь, кто я такой?

«Угадаешь, которая из девушек моя дочь?» – при первой встрече в гриднице предложил ему Станибор. Тогда Торлейв справился с этой задачей без малейшего труда. Теперь его накрыло странное чувство: он видел этого парня впервые в жизни, это несомненно, и в то же время уже его знал, что тоже несомненно.

Вернулось недавно пережитое ощущение близости Темного Света, но сейчас, в тишине и обыденности гостиного двора, проняло даже сильнее, чем в огненной ночи Карачуна.

— Хейльду! – вспомнив о вежливости, на том же языке ответил Торлейв. – Может, мы были знакомы во сне? Я вижу тебя в первый раз, но как будто знаю…

— Ты знаешь кое-кого, кто очень похож на меня.

— Святослав! – вырвалось у Торлейва, хоть он и понимал странность этой догадки.

— Святослав, – подтвердил парень, как будто иначе и быть не могло.

Откуда здесь, в Свинческе, парень, похожий на Святослава? Не морок ли это, опоздавший уйти назад в Темный Свет после Карачуна?

Пробрало холодом – что это за весть с того света? Кому угрожает – Святославу или самому Торлейву?

— Да не смотри на меня так, будто я твоя фюльгья[29]. Поищи среди живых людей. Ну?

Торлейв быстро перебрал в мыслях родню. Парень его лет, общая кровь со Святославом, из северных ветвей семьи… Выговор как у северной руси…

— Если ты не фюльгья, тогда ты или Придимир сын Кетиля…

Парень дернул углом рта: не угадал.

— Или Берислав сын Тородда.

— Дроттнинг[30] Сванхейд звала меня Бер. – В подтверждение тот протянул ему руку. – Ну вот мы и знакомы, бродир мин[31].

— Откуда ты здесь взялся? – в изумлении спросил Торлейв, пожимая протянутую руку и убеждаясь, что она ничуть не призрачная.

— Тут за два роздыха мой родной отец живет, Тородд сын Олава, если ты не знал.

— Знал, конечно. Мы с ним виделись.

— Ну а теперь и я вот приехал с ним увидеться. Не такое уж и чудо, если подумать.

— Но откуда мне было… А ты как меня узнал?

— Я, правда, видел княгиню Эльгу всего один раз… но ты похож на нее больше, чем ее родной сын. Да и кто еще здесь может щеголять щипаным бобром!

Они еще раз осмотрели друг друга: Торлейв был в синей шерстяной рубахе под кожухом, а Бер – в белой, из грубоватой некрашеной шерсти. Тородд упоминал о своем единственном сыне, но говорил, что тот живет в Хольмгарде у Сванхейд. И ни слова не сказал, что, мол, ждет его к себе после Йоля. Поэтому встретить Берислава здесь Торлейв никак не ожидал, хотя, конечно, ничего нет удивительного, если сын навестил отца на праздники.

— Мы «в печали» по одному и тому же человеку, да? – спросил Торлейв.

— Если ты про Улеба, то да. Но я еще по дроттнинг Сванхейд.

— Она умерла? – Торлейв слышал об этом впервые.

— Совсем недавно, в предзимье. Я с этой вестью к отцу приехал.

— Давно приехал?

— Третий день нынче. Вчера услышал о тебе. От отца. Сегодня вот решил познакомиться.

— Польщен. – Торлейв ухмыльнулся. – Сожалею о госпоже Сванхейд. Никогда ее не видел, но много слышал.

— Она меня вырастила, – серьезно сказал Бер. – Если мне суждено стать достойным человеком, то это целиком ее заслуга. Пойдем. – Он показал на помост, где стояла корчага и лежала на деревянном блюде какая-то снедь. – Выпьем за встречу и за наших покойных. Поговорим.