Мария I. Королева печали - Элисон Уэйр Страница 230

— Леди Анна очень близка с леди Елизаветой. Разве нет? – поинтересовался Паджет.

— Она и со мной очень близка, – возразила Мария. – Впрочем, идите и допросите ее, чтобы снять все сомнения.

— Благодарю вас, мадам. Мы так и сделаем, – заявил Гардинер. – Увы, есть более неотложный вопрос, связанный с вашей сестрой. И его нужно непременно решить.

— Ваша правда, – ответила Мария. – Она по-прежнему в Эшридже и по-прежнему жалуется на нездоровье.

— Предлагаю навестить леди Елизавету и взять с собой двух врачей вашего величества, чтобы определить, действительно ли она так серьезно больна.

— Очень мудрый шаг, – кивнула Мария, – ибо я уверена, что она замешана в мятеже Уайетта.

Лорды, все как один, что-то одобрительно пробормотали.

— Велите докторам взять мои личные носилки и доставить ее ко двору, если с их профессиональной точки зрения здоровье позволяет ей переезды.

— А еще необходимо решить вопрос с Куртене, – подал голос Арундел. – Он виновен в преступной небрежности, поскольку не оказал нам содействия, когда армия Уайетта собиралась войти в Лондон. Он должен быть за решеткой.

С готовностью подписав протянутый ей советниками ордер на арест, Мария заявила:

— Пусть его посадят в Тауэр. И отлучите леди Эксетер от двора.

Мария не могла позволить себе иметь дело с матерью изменника.

В тот же день две депутации отправились в путь. Мария, стоя на галерее, проводила их взглядом, после чего обратилась к Ренару.

— А вы верите, что Елизавета замешана в заговоре? – спросила она.

— Лично я верю, – уверенно произнес он. – Что касается ее недуга, на который она постоянно ссылается… может, она ждет ребенка от Куртене?

Мария в шоке уставилась на Ренара:

— Я сомневаюсь…

— По крайней мере, так говорят люди. Если ваше величество считает, что это притянуто за уши, то спешу поставить вас в известность, что мессир де Ноай разносит слухи, будто она болеет из-за того, что вы пытались ее отравить.

— Прошу прощения? Как он смеет возводить на меня напраслину?! Я потребую, чтобы его отозвали.

Ренар покачал головой:

— Мадам, в таком случае вы придадите его бредням достоверность, которой они не заслуживают.

* * *

Когда лорды вернулись после визита к леди Анне и попросили встречи с королевой, она не прочла на их лицах особого облегчения. Вид у них был скорее недовольный.

— Мы ничего из нее не вытянули, – доложил Гардинер. – По ее словам, она не знала об их интригах, с леди Елизаветой не контактировала со времени коронации, да и вообще не сделала бы ничего, что могло бы изменить благосклонное отношение к ней вашего величества. Она утверждает, что является вашей лояльной подданной и таковой и останется.

— Возможно, она говорит правду. Как ни крути, у вас нет твердых доказательств обратного.

— Тем не менее мы не можем снять с нее подозрения, – заявил Гардинер. – Поэтому будет разумнее, если ваше величество откажет леди Анне в своей милости, пока мы будем держать ее под наблюдением.

Мария вздохнула. Ее снова загнали в угол. Она отнюдь не желала демонстрировать Анне свою холодность, но, пожалуй, так будет лучше для всех. К тому же сейчас нужно думать о более серьезной проблеме.

Из Эшриджа сообщили, что врачи обнаружили дурные жидкости в моче Елизаветы, но, по их мнению, она была в состоянии прибыть ко двору. Со своей стороны, Елизавета уверяла, что не выдержит путешествия и оно окончательно подорвет ей здоровье. Однако ей пришлось уступить требованиям лордов, и прямо сейчас она направлялась в сторону Лондона, непрерывно жалуясь на плохое самочувствие. Мария не завидовала сопровождающим Елизаветы, поскольку лучше других знала ее невыносимый характер.