Все чудовища Севера - Ана Тхия Страница 10

— Ты жив.

Голос Хальвдана был тихим. Скалль всё думал, почему брат тянет с визитом.

— Так долго подбирал слова и получилось только это?

Скалль поднял глаза, откинув голову. Его чёрные волосы обрамляли исхудавшее лицо, на котором острый нос и жестокие глаза смотрелись устрашающе.

Хальвдан сделал шаг вперёд, и свет факела упал на его руки – они дрожали.

— Я думал, ты мёртв. Все эти годы.

Скалль усмехнулся.

— Жаль, что нет?

Ярл только покачал головой. Он опустился на корточки, чтобы быть на одном уровне с братом и заглянуть ему в глаза. Теперь их лица были так близко, что Скалль видел каждую морщинку вокруг глаз Хальвдана, седину в тёмной-тёмной бороде. Он бы никогда не узнал в этом воине своего брата. Но он точно был похож на отца, в то время как Скалль всегда отличался, что и стало причиной ненависти.

— Я рад, что ты здесь. Нам многое надо обсудить, верно, младший братец? – Ярл попытался улыбнуться, но его глаза, удивлённые и скорбные одновременно, выдавали его невесёлое настроение.

Скалль резко дёрнул руками, и железные цепи звонко ударились друг о друга.

— Ты мне не брат.

Хальвдан вздохнул, потирая ладонью идеально расчёсанную бороду.

— Где ты был все эти годы? – спросил он наконец. – После того как… После того, что случилось…

— После того, как ты пытался перерезать мне глотку? – Скалль нарочито медленно провёл пальцами по шраму, тянущемуся от уха до ключицы. – Мать не сказала, что тебе не удалось меня убить?

Хальвдан молчаливо встал на ноги, прошёлся по тесному помещению и воткнул факел в отверстие в стене. Тени заплясали на их лицах, а за окном сумерки наконец-то схлопнулись до абсолютного мрака. Хальвдан сел на солому, прижавшись к стене напротив. Перед тем как ответить на повисший в воздухе вопрос, он долго собирался с мыслями.

— Я думал, что убил тебя.

— Ты этого хотел, – отрезал Скалль, не отрывая взгляда.

Хальвдан резко подался вперёд, и тень от его фигуры заколебалась на стене.

— Да, Скалль, – признал он, и голос его впервые зазвучал громче, чуть сорвавшись на хрипоту. – Я был ребёнком, любившим своего отца.

— Но не любившим своего брата.

Хальвдан вновь провёл ладонью по бороде, крепко сжав её в кулак – будто пытаясь унять дрожь в пальцах.

— Мать не проронила ни слова с того самого момента, – прошептал он. – Она была молчалива до самой смерти.

Скалль еле заметно сглотнул. Внезапно он снова увидел её – высокую, строгую, со смоляными волосами, заплетёнными в тугие косы, как у воинственных валькирий. Помнил, как она стояла на берегу по колено в воде, когда корабль увозил его на север, и не проронила ни слезинки. Не сказала ему ничего на прощание. Не дала ему ничего на память.

— Она выбрала тебя, – пробормотал он. – Отправила меня к чужакам, чтобы у отца остался только один сын. Я не сразу понял, почему вы трое меня так ненавидели, но пожил достаточно лет, чтобы узнать, по какой причине женщины не смотрят в глаза мужьям. Она не вынесла стыда и избавилась от плода неверности.

Хальвдан покачал головой.

— А я пожил достаточно лет, чтобы узнать, как непроста жизнь, – он виновато опустил глаза, пока Скалль продолжал давить на него своим тяжёлым взглядом. – Не знаю, помнишь ли ты, какой была наша мать раньше… Впрочем, ты был слишком мал, чтобы запомнить.